Пепел моего сердца

Он не стал уходить в стену, но просто рассыпался, причем песка на ковре не осталось.

Иллюзия? Голограмма? Что это вообще было?

Визуальный модуль.

— Ваша светлость, надеюсь, понимают, что эта система не вмешивается в дела людей? — вежливо поинтересовался Кормак, прежде чем удалиться.

Намек на то, что к рекомендациям Совет в его лице не прислушается?

И что за оставшиеся шесть дней сделает все возможное, чтобы добраться до меня. Кормак не умеет проигрывать. А еще ему известен крайний срок.

— Это вам, — сказал он, протягивая Сержанту сложенный вчетверо лист.

Я не стала спрашивать, что было в письме.

Глава 4. Тревожные дни: продолжение ​

Глава 4. Тревожные дни: продолжение

Менделеев долго доказывал своей жене,

что на первом месте должен стоять водород,

а не жена и дети.

Жизнь замечательных людей, или Правда о мужских доминантах

Туман. Рыхлый, творожистый, непроглядный.

Он проглатывает звуки: всплеск весла, скрип древесины, увязшей в мокром песке.

И Тиссе страшно разжать руку, потому что она вот-вот потеряется в этом тумане. Желтый корабельный фонарь давно потерялся, и теперь Тисса, пожалуй, не могла бы сказать, в какой стороне осталось судно. И как гребцы найдут обратный путь?

Урфин уверял, что найдут.

И что ночь — самая подходящая для высадки. Сегодня стража и близко к берегу не сунется, люди Аль-Хайрама беспрепятственно заберут груз, а Урфин — лошадей.

Всего-то надо — преодолеть полмили чистой воды. И еще две до дороги.

Воду преодолели, но люди почему-то не спешили покидать лодку. Напротив, словно ждали кого-то или чего-то, напряженно, готовые не то сбежать, не то напасть. И Урфин, высвободив руку, накрыл ею палаш. Но вот раздался протяжный свист и птичий плач, на который ответили лисьим тявканьем.

— Идем. — Урфин спрыгнул в воду и, закинув сумку с немногочисленными вещами, подхватил Тиссу на руки.

До сухой земли три шага.

— Держись меня. Не разговаривай. Если вдруг что-то пойдет не так, падай на землю.

Что пойдет не так?

Вопроса Тисса не поняла — она не знала этого языка, но сам тон был враждебным. И Урфин ответил на том же наречии ничуть не более дружелюбно.

Еще фраза.

Ответ.

Почти ссора, и туман отползает за плечи человека, столь же огромного, как лорд-протектор, но куда более страшного. Наверное, так выглядят великаны из нянюшкиных сказок.