Лучезар

И не ученик я старика для них, а сам колдун, что дух свой перенёс в другое тело. Мол, то дар богов за мою верную им службу. Поверили. Ну, а чтобы не смущать их своими летами, я и стал рядиться в старика. Так и живу - избавляю каченеев от хворей и напастей…Мятежники молчали. Лишь Варай с вызовом спросил:- Что же ты, Армаз, в родные края не вернулся после смерти старика? Помогаешь врагам, что людей наших в неволе держат!Армаз хитро прищурившись, посмотрел на молодого мятежника:- А я не только каченеям помогаю.

Тут возле оврага-то много разных людей околачивается. Вы думаете, как пополняются ряды мятежников, бежавших от каченеев? Кто им путь дорожку в родные края указывает, да у себя укрывает? И кто сейчас вас от стрел каченеев уберёг?Варай молчал. Непонятны были ему поступки Армаза. Он бы на его месте давно ушёл в родные края, чтобы с другими мятежниками бороться против Таргитая.Таймур примирительно сказал:- Не горячись, Варай! Молод ты еще. В жизни оно всякое бывает. Так что ж ты, Армаз, так и живёшь один тут много лет? И не скучно тебе одному?- А с чего ты взял, что я один? Жена у меня есть. Фила, выйди к гостям! - Армаз крикнул, повернувшись к одной из дверей. Вскоре послышались осторожные шаги, дверь отворилась и к гостям вышла Фила. Когда Чара увидела эту женщину, она чуть не закричала. И было от чего. Когда-то Фила была красавицей. Но теперь через всё лицо молодой женщины шёл страшный рубец, который спускался по шее вниз и прятался под платьем. Нижняя губа женщины была рассечена. А одну ногу Фила сильно подволакивала. Жена Армаза знала какое впечатление производит на гостей, потому робко улыбнулась, будто извиняясь. Но Армаз словно и не замечал страшных рубцов и шрамов.- Фила, любимая, не бойся! Это друзья! Они из горной страны. Посиди с нами. Я как раз рассказываю о том, как стал Кушууном.Но Фила снова робко улыбнувшись, покачала головой и спряталась в своей комнате. Армаз вздохнув, пояснил:- Бедняжке сильно досталось от хозяина каченея. Она не захотела стать его наложницей и изувер избил её до полусмерти. А когда понял, что может лишиться красивой игрушки, принёс её ко мне. Просил исцелить девушку и вернуть былую красоту. Но я-то понимал, что избавить девушку от жутких шрамов не смогу. Да и жалко мне стало её. Вот я и сказал тому каченею, что лесным духам угодно было забрать девушку к себе. Фила теперь боится из дома выйти - только во дворе вечером гуляет. А к гостям и вовсе не любит выходить.