Лучезар

Потом завернул за угол дома и направился на свет, пробивавшийся из под приоткрытой двери конюшни. Не доходя дверей конюшни, Лучезар остановился и прислушался: за дверьми Крак что-то недовольно выговаривал мальчишке-конюху, а тот словно оправдывался. Когда двери конюшни отворились, Лучезар отошел в тень, чтобы Крак не заметил его. Хозяин двора, продолжая недовольно ворчать, скрылся в избе и Лучезар поспешил зайти на конюшню.Мальчишка-конюх потирал затылок, словно получил от Крака подзатыльник. Заметив богатыря, мальчишка поспешил заверить постояльца:- Все в порядке с вашими лошадьми.

Вон сами посмотрите.Словно почуяв хозяина, Гром призывно заржал. Лучезар подошел к своему жеребцу и ласково погладил его по морде.- Как тебя зовут?- обратился богатырь к конюху.- Стипко меня кличут.- Что Стипко, крутой нрав у твоего хозяина?- спросил Лучезар, заметив, что мальчишка всё еще потирает затылок.- Да всё ищет к чему придраться, чтобы заплатить меньше,- обиженно пробурчал мальчишка.- А я все, что от меня требуется, всё делаю. А то, что он меня без дела сейчас застал, так я разве виноват, что работы нет? За весь день вон только вы, да еще двое…Лучезар насторожился:- Двое?- Ну да, прискакали мужчина с девицей, лошади все в мыле…Богатырь достал из кошеля серебряную монету и, подкинув её на ладони, спросил у Стипко:- А хозяин твой говаривал, что нету постояльцев? И двор пустой?Стипко хмыкнул:- Да уж хозяин умеет спрятать, коли попросят, да хорошо заплатят…- И где же те постояльцы?Стипко покосился на серебряную монету и ответил:- Да в баньке их Крак спрятал. Они сначала-то хотели лишь лошадей переменить, да лошадей-то у нас не было. А в селе мужики прижимистые, своих лошадок пожалеют продать. Вот и остались до утра.Лучезар кинул мальчишке монету и спросил:- Хочешь еще монету получить?- Спрашиваешь! Конечно, хочу!- Так вот беги в село, да сыщи там десятника Оляту. Пусть соберет своих воинов да сюда скачут. Только поживей! Да смотри, чтобы про то ни одна душа не проведала!-Это я мигом!- и мальчишка подмигнул Лучезару. В жарко натопленной горнице Ярыш широко разметался на полатях, забывшись крепким сном. А возле дверей застыла Загляда, сжимая острый нож в руке. Осторожно ступая, девица приблизилась к спящему степняку.«Какой пригожий молодец. Молод и собой хорош. По нему, видно, не одно девичье сердце сохнет. И жаль губить его, да иначе не могу. Погубит он Гордыню, ежели пожалею его».Загляда судорожно вздохнула и занесла руку с ножом над грудью степняка.