Пленница Потаённого Царства

Цветы вяли, а краски трав угасали. Далекие бамбуковые рощи чернели в мареве туманов, хрустальные купола дворца более не играли огнями и радугой.

Император Шу бродил по дорожке, сминая сухие бутоны пионов, и с горечью вспоминал об Изумрудном Дворце. Его давно похоронили и оплакали. Возможно, он провел пленником прекрасного безмолвного мира намного больше, чем считал. В Шелковом Городе его имя давно превратилось в легенду.

В просветах сандаловых дерев синели волны Лазурного Моря; теплый успокаивающий аромат растекался над садом.

С того момента, как Сын Неба увидел в Запретном Парке прекрасную жемчужину, он потерял покой. Она манила и звала, влекла и чаровала. Господин Лунг, запретивший на нее смотреть, в последние месяцы зловеще молчал, и Император решил – затворник, так и не явивший себя взору, внезапно скончался. Прошла еще одна зима, запели весенние ручьи.

И тут случился неожиданный поворот колеса. Гуляя по берегу Лазурного Моря, Шу заметил джонку[7] с сияющими парусами, что плавно покачивалась на волне.

- Что это? – Шепнул Император, не надеясь получить ответ.

Лунг ответил. Впервые за много месяцев тишины.

- Корабль, - послышалось эхо из дождливых облаков.

- Для меня? – Сердце Сына Неба ёкнуло.

- Я чувствовал твою боль с момента появления в Хрустальном Дворце. Она пропитала покои и сады, сокровищницы и башни, расползлась по горным рекам и срединным озерам, отравила леса и долины, притупила яркость звезд и сияние луны. Я отпускаю тебя, Император Пятой Династии Шу Аньфу. Возвращайся домой и больше ни о чем не скорби.

Император не сдержал слез радости. По желтым с белым одеяниям побежали соленые капли. Он искренне отблагодарил Лунга за щедрость и милосердие и попросил один вечер, чтобы проститься с Потаённым Царством, в котором провел не менее тысячи белых лун.

Лунг разрешил и снова пропал.

Но Сын Неба не был полностью откровенен с тем, кто приютил, оберегал и кормил его все это время. Сердце смертного властелина, прожженное алчным огнем, не ведало истинной благодарности и не знало настоящего смирения.

Последний вечер Шу бродил по Саду Пурпурного Соловья не для того, чтобы проститься с гостеприимным миром, но для того, чтобы выкрасть священную жемчужину дракона.

Дождавшись ночи, он тайком пробрался в Запретный Парк и разбил хрустальный купол.Спрятав перламутровую крупицу в широких рукавах, он поспешил к кораблю, дожидавшемуся на волнах.

Взвился парус, загудели борта и джонку понесла Императора Пяти Священных Гор в небесную даль.