Невеста опального принца

Дядя, тот ещё хитрый лис, оказывается, сам покопался в биографии Рьяны, той белокурой стервы, крутившейся вокруг Леннарда, потому как «у любого в прошлом можно отловить жирную лягуху, пятном марающую чистое платье».

Итак, дядя Арисы нашёл лекаря, который пользовал семью Рьяны, когда та была ещё ребёнком. У знати принято приглашать на роды или на увечья одних и тех же эскулапов. А мир тесен, особенно столичный.

Рьяне предсказали, что из-за травмы она никогда не разродится. То есть беременность наступит, но она сама и ребёнок не выживут.

Он-то и позаботится о том, чтобы оба, и мать, и ребёнок, отбыли в лучший мир безболезненным способом. А королева устроит полугодовой траур, а если принц сойдёт от горя с ума, то так тому и быть.

В народе пустят слухи, что его печаль не иначе как наследственное безумие. Как там говорила её величество-мать, Навеянный ужас.

Всё это пронеслось в моей голове за считанные мгновения. И я увидела уготовленное опальному принцу будущее — ясно, словно в магическом зеркале, о котором рассказывала Арисе её несчастная мать. Леннарда сведут с ума по-настоящему или удавят по-тихому. А если и это не удастся, кто-то из приближённых короля вызовет его на бой.

Да мало ли что можно придумать, если срочно требуется избавиться от соперника в борьбе за трон?!

«Пока ребёнок королевы не родился, принцу ничего не угрожает, — оканчивалось письмо Харди Трития Офосского.

— Хорошие новости, ваша милость? — произнесла Кэти, снимая украшения с моей шеи.

Я сидела перед зеркалом, отложив письмо в сторону. Буквы давно посерели и расплылись так, что попади эта записка в руки королевы, та не смогла бы прочитать ни слова. Магическая печать работала безупречно, стоила целое состояние, но никто не скупился. Всё лучше, чем эшафот!

— Как считаешь, инквизиция могла это прочитать? У них ведь есть противо-заклятие.

— Упаси Боги, — всплеснула руками Кэти и принялась распутывать мои локоны, сложенные в причёску.

Слуги владели только бытовой магией, но использовать её по любому поводу было невыгодно. И чревато болезнями.

— Анабель прибежала бледная как полотно, но всё твердила, что вас теперь спасут. От дурного глаза. Так и сказала, ваша милость, но, вы знаете, она иногда говорит какие-то нелепицы, придумывает, наверное.