Невеста опального принца

То ли дело чернокнижник!

— Да, ваша милость, — смахнув слёзы, сделала шаг вперёд младшая. Старшая промолчала, но я видела, что она тоже не против, хотя и боязливо оглядывается по сторонам, когда думает, что я не вижу.

— Отлично, её скоро принесут. У меня есть ещё одна горничная, Вивиен, но, боюсь, она чаще будет проводить время с моим отцом, если вы понимаете, о чём я. А пока помогите мне переодеться, я с дороги и ещё не успела, а потом принесите что-нибудь поесть.

Кэти ловко принялась хлопотать, её сестра была на подхвате.

— Это что, твои горничные? — возмутился с порога лорд, не обращая внимания на низкие поклоны девушек. — Вот так нас здесь и ценят! Посмотри, их, видать, в глуши откопали! Ну да ладно, я здесь не за этим.

Он подошёл ко мне и склонился, дыша перегаром и любимой кислой капустой, сделав знак Вивиен, чтобы поставила клетку в угол.

— Видела его? Что вышло?

— Ничего, — ответила я.

— И?

— Сказал, что поможет в храм уйти. Насовсем. Я ответила, что не ему мне указывать.

— Ай, молодец, девка, — хлопнул меня по плечу сальной пятернёй родитель Арисы. — Хотел бы я посмотреть на его лицо! Говорю же, боги меня любят, вон какой тебя вернули. А то всё хныкала, да книжонки читала! А с выдрой это ты ловко придумала! Нас теперь бояться будут!

Лорд Фрэнсис отошёл на середину комнаты и громко произнёс:

— Ну что, Ариса, доволен я тобой. Дай боги, чтобы и их величества не осерчали.

И отец, снова окинув придирчивым взглядом сестёр-горничных, удалился.

— Выпускай Пузыря, пусть со всеми познакомится и освоится, — скомандовала я Вивиен, но та переадресовала приказ сёстрам, пояснив при этом:

— Я пока приготовлю платье для аудиенции, ваша милость. Лорд Фрэнсис дал мне самые подробные указания относительно того, как вы должны выглядеть.

Сколько пафоса было в её речах! Мол, я тут совсем не для того, чтобы за нечистью ходить! Ладно, пусть так. Аудиенция так аудиенция!

2

Одевали и готовили меня к аудиенции, будто хотели короновать. Всем распоряжалась Вивиен.

— Не эту диадему, а ту, — указывала пигалица сёстрам, и те безропотно её слушались.

В итоге меня нарядили в тяжёлое парадное платье, в котором было тяжело двигаться. Оно сдавливало грудь, будто тисками, я стала неповоротливой.