Девушка для Монстра. В дороге

Да и временем...

— Я путешествую.

— Да сколько угодно. Найди кого-нибудь другого.

— Ты не понимаешь.

Он упрямо выдвигает подбородок.

— Это ты не понимаешь, — отказывается Динка и замирает. Чудится ей знакомый голос… голоса.

Она отступает, увеличивая дистанцию между собой и Гипносом, но не сводя с него взгляда. Однако ни единый мускул не двигается на красивом лице. Да и исчезать он не спешит, как делал это прежде.

«Я не уверен, что у меня получится...» — звучит голос отца и Динка решает довериться тому, что слышит.

«Всё получится, мы же пробовали, помнишь? Давай» — Всеволод.

«Пожалуйста, она не просыпается. Я всё перепробовал» — Яромир.

Дыхание перехватывает от его голоса.

«Яр, — тянется, зовёт Динка, царапая ногтем основание мизинца, и вздрагивает, когда в ответ ощущает тепло. — Я здесь, Яр».

«Помоги мне. Вот так...» — голос отца.

Динке кажется, что она чувствует прохладное прикосновение к шее.

Отец.

Именно так ощущаются его прикосновения к коже последние месяцы.

«А теперь смотри мне в глаза».

Динка сжимает пальцы в кулак, чувствуя, как наливается жаром метка. Они её найдут, и эта мысль придаёт силы.

Гипнос вновь оказывается рядом в мгновение ока, и новое прикосновение обдаёт жаром. Уже знакомым жестом, пальцы прочерчивают от виска, по скуле и вниз. Динка не знает, что будет, если он снова коснётся сонной артерии. Вернёт в реальность? Унесёт глубже?

Она отшатывается, однако далеко уйти не удаётся. Крепкие пальцы сжимаются на горле, а тёмные, сейчас кажущиеся чёрными, глаза, будто заглядывают в самую душу.

— В тебе есть искра. Я предлагаю тебе стать матерью бога, что встанет рядом с Морфеем, Фобетором и Фантазом, предлагаю подняться самой, но ты упрямо отказываешься, предпочитая выбрать смерть! Почему?!

Пальцы на горле сжимаются сильнее, перекрывая кислород. Казалось бы, во сне это не должно так ощущаться, но воздуха перестаёт хватить и Динка царапает чужие руки в попытке избавиться от хватки. Ноги снова не касаются земли, но на этот раз причина отнюдь не в полёте.

«Пусти» — хочется сказать, но с губ срывается только хрип. Белые искры так и мельтешат перед глазами, смазывая картинку, и Динке кажется, что всё кончено. Больше никогда не получится вздохнуть, а уж тем более вырваться из этого чёртового сна.

Прошедшая по телу вибрация, кажется отголоском кислородного голодания, но вот рука исчезает с горла, позволяя вдохнуть так необходимый сейчас кислород.