Солнце в волосах

Он обернулся рывком, взметнул свои отвратительно солнечные волосы, блеснувшие в свете соля, и улыбнулся светлой улыбкой. Встал из-за стола и поспешил мне навстречу, чтобы забрать поднос из рук, но на полушаге замер, а улыбка начала увядать. Даже соль, освещавший маленькую комнатку, потускнел. Мне стало неловко за собственные чувства. А ведь он ещё и маг! Он их видит, может ощутить! И не скроешь от него! И ведь он не виноват в этом, это мне просто отчего-то вздумалось невзлюбить его с первого взгляда настолько сильно, что я грохнула подносом о стол и, насупившись, развернулась, чтобы уйти.

Я была зла так, что сама себя не узнавала. Сжала кулаки изо всех сил, чтобы просто заставить себя не высказать ему ещё что-то грубое в ненавистной манере Свахты. Надо просто сбежать, успеть сбежать, чтобы не наделать глупостей!

Не успела. Он тронул меня за рукав, едва я коснулась двери, потянул, поймал взгляд, будто пытаясь что-то разглядеть в глубине, и тихо сказал:

– Не уходи. Пожалуйста…

– Я не шлюха! – фыркнула я так, что брызнули слюни.

– Нужна девка – иди в порт!

И сама понимала, что зря. Свахта очень разозлится, если узнает, что я нагрубила гостю. Причём дважды за день. Но я ничего не могла с собой сделать. Эстэриол бесил меня так, что воли не хватало справиться с этим бешенством.

Набычилась и сжала зубы, ожидая, что ещё он скажет. Вопреки всей этой буре чувств, я не хотела уходить. Я хотела плюнуть ему в лицо, ударить, обругать последними словами, избить до крови! Но остаться. Выяснить, что же это, почему этот мальчишка настолько властен надо мной?

Он отпустил, но едва я сделала движение, даже отвернуться не успела, чтобы положить ладонь на ручку двери, он вновь схватил меня за край рукава.

Беспомощно, просительно:

– Не уходи! Пожалуйста. Я обещаю, я не трону тебя.

– Да не собираюсь я уходить! – злобно выдавила я сквозь зубы, понимая, что даже если бы ушла, всё равно бы нашла повод вернуться, чтобы ещё раз попытаться выяснить. Ну, или чтобы в рожу плюнуть.

Вырвала рукав и стремительным движением прошла к кровати и плюхнулась сверху на край у окна, чтобы, если он выберет другой край кровати, пересесть на стул и оказаться максимально далеко.

Как этот жест мог выглядеть со стороны, я не задумывалась.

– Чего тебе?! – сдвинув брови, спросила я. – Чего тебе надо? Или у вас там жрать только в компании принято? У учёных! Ну, так жри! А я посмотрю!

Он стоял посреди комнаты, растерянно шевеля пальцами. Этот еле заметный шорох кожи бесил ещё больше.