Солнце в волосах

– Ты раба? – всё так же прямолинейно спросил он, глядя мне в лицо своими пронзительными серыми глазами.

Не вязалось это с его выражением лица. Звучит обидно, а сморит он, будто это его обидели.

– Прости?

– Почему он назвал его твоим хозяином? – гневно сдвинув брови, спросил Эстэриол, нервно перебирая в руках всё ту же несчастную книгу по ботанике. – В Нелита нет рабства, он не имеет права относиться к тебе, как к скоту, – пояснил он, всё ещё стоя на месте.

– Да с чего ты взял? Господин уважаемый студент Светоча.

– Всё не так. Мне не понравилось, что тот эльф назвал его твоим хозяином, и что ты его боишься, это неправильно, ты свободна и… у тебя не может быть хозяев, ты же не раба! – на его лице отражался калейдоскоп мыслей, которые похоже сами ставили его в тупик.

– Не сочти за грубость, – всё же вышла я из себя, – господин уважаемый студент Светоча, но это не твоё дело, – и отвернулась, озадаченная его необоснованной заботой, которая, на удивление, раздражала сильнее недовольного брюзжания Свахты.

И ничего я его не боюсь! Так, опасаюсь, что опять накажет. Или Илина потом зло выместит.

– Я не позволю обижать девушку в моём присутствии, – благородно заявил он моей спине.

– Благодарю, – смерила его ещё одним раздражённым взглядом, и продолжила идти, говоря себе за плечо, – но я могу защитить себя сама. Мы почти пришли. Сейчас я позову хозяина, и ты отправишься в свой номер, а мне нужно идти. Приятного вечера.

Сбежала всё-таки. Прошмыгнула в дверь и сразу свернула. Ничего не могла с собой поделать, совершенно не могла разобраться, что происходит. Интересно, достанется мне за это? Хоть на кухне спрячусь ненадолго, пока Илина выслушивает распоряжения хозяина за стенкой.

А парень так и остался стоять неподалёку от крыльца, глядя мне вслед, синими, как океан, глазами.

Свахта неожиданному клиенту обрадовался, даже не стал меня ругать за задержку и премировал походом на базар. Дородная и немолодая Илина это дело не любила, предпочитая вести хозяйство в своём царстве огня и глиняных горшков, а самому хозяину несолидно было корзины с едой таскать.

Главное, что в номер определять постояльца отправился опекун, избавив меня от этой обязанности.