Обручённая дважды

Ранее я много часов провела здесь, изучая различные проклятия и их влияние на блокировку дара, магические болезни, процесс становления и раскрытия дара, а также многие другие темы, способные пролить свет на мою проблему.

Допуски к редким фолиантам я выбивала у ректора магической академии с завидным постоянством. Он мои стремления поощрял, поэтому знания мои в различных областях магии были весьма объемными, хоть и хаотичными. Так получилось, что раньше магические связи интересовали меня крайне мало, разве что в рамках стандартной программы обучения.

Я в очередной раз помахала в воздухе читательским билетом и запросила необходимую хрестоматию у книгохранителя читального зала. Но, на удивление, получила отказ в выдаче данного тома. Оказалось, что всего несколько минут назад его уже взял некий маг. Теперь я уже несомненно радовалась тому факту, что столь редкую и ценную книгу на руки не выдают. Иначе заглянуть в нее мне бы вообще не удалось.

Как сообщила старушка-библиотекарь, молодой человек уединился вместе с гримуаром в кабинке номер пять.

Нетерпение мое нарастало, поэтому внутрь пятой кабинки я ввалилась сразу после стука, не дожидаясь разрешения войти. И с порога начала наступление:

– Прошу меня извинить, но мое дело не терпит отлагательств, – бодро начала я и тут, заметив читателя, осеклась.

Доминик Пройсанав с недовольным видом оторвался от книги, где вычитывал что-то очень интересное.

– Мелани? – словно не верил собственным глазам, спросил он.

– Ник? – после такого фамильярного обращения, да ещё и вне работы я тоже невольно перешла на «ты».

– Зачем ты меня искала? Что-то случилось? – маг вскочил из-за стола и сделал шаг ко мне. Его лицо выражало искреннее волнение.

Искала его? Ещё чего! Я демонтировано закатила глаза и скрестила руки на груди, всем своим видом давая понять, что он – последний, кого я стала бы искать в пятницу вечером.

– Вообще-то я искала ее! – я ткнула пальцем в хрестоматию.

– Так ты тоже это видела?

– Видела что? Говори яснее.

Стоять, да ещё так близко к нему, в крохотной кабинке было несколько неудобно. Поэтому я окончательно наплевала на все приличия и толкнула опешившего начальника бедром, глазами показывая ему, что неплохо было бы присесть.

– Ту серебристую нить в воскресенье.

– Да, – призналась я. К чему скрывать очевидные вещи.