Обручённая дважды

– Это я заметил, – ухмыльнулся Доминик, но вновь стал серьезным и протянул мне полотенце, в которое я сразу же завернулась. – Ты так кричала, что я решил, не иначе как на тебя вновь напали.

– Спасибо за беспокойство, но как видите, я в полном порядке.

– То есть сидеть на полу посреди купальни для тебя нормально? Что ж запомню.

– Нет, не нормально, – веселье, послышавшееся в его голосе, меня взбесило. – Это всё браслет на моей руке, видите?

Под браслетом действительно виднелись красные припухшие полосы.

Я протянула руку Нику, и он нежно прикоснулся к ней, исследуя повреждения на коже.

– Так больно? – спросил он, ощупывая запястье.

– Ай!

– А так?

– Ай! Что за пытки?!

– Проверял, цела ли кость.

В ужасе я посмотрела на распухающую руку. Только перелома мне не хватало. Целители, конечно, смогут срастить его за пару дней, но ощущения будут не из приятных.

– Ну так она цела?

С замиранием сердца я ждала ответа Доминика. Показалось, что он с трудом удерживался от того, чтобы не скосить глаза чуть дальше к моей груди, прикрытой, о Двуликая, одним полотенцем.

Вся сложившаяся ситуация представлялась мне весьма щекотливой. Мы в купальне одни. Меня от полной наготы отделяет только наспех накинутое полотенце. Он, конечно, одет, но не женат, не целитель и не родственник.

От осознания нашей странной близости дыхание предательски сбилось, а сердце застучало быстрее. И без того липкие от мыла ладошки вспотели от волнения, так и хотелось вытереть их о полотенце.

Я быстро облизнула пересохшие губы. Надеюсь, Доминик этого не заметил.

– Цела. Надо нанести заживляющую мазь. Была где-то на полке. Садись на кушетку, я сейчас.

– Может быть я сама? – неуверенно протянула я, пока Доминик искал нужное средство.

– Не стоит, – уклончиво ответил он, открывая баночку с вязкой мазью, пахнущей ромашкой и мятой. – У меня большой опыт в подобных делах. Не беспокойся, я буду осторожен, больно не будет... Почти.

После этой оговорки Доминик тепло улыбнулся, в ответ мои губы сами растянулись в улыбке.

Вот же хитрый лис, умеет уговаривать. Я удобно расположилась на кушетке, насколько это вообще было возможно в моем положении. Полотенце прикрывало меня от груди до середины бедра, поэтому я все равно чувствовала себя неуютно и рефлекторно пыталась сжаться, чтобы как можно большая часть меня оказалась скрытой.

Как я не крутилась, хрупкие плечи и острые коленки были выставлены на показ.