Бабушка на выданье

Навязываться не собираюсь. Если хочешь, приходи к полудню на второй рыночный проезд – пристрою к обозу.

Она кивнула:

– Приду. И, Риф, правда, не обижайся. Ты хороший человек и я очень тебе благодарна, но не надо нам знаться.

Барон не ждал отказа. Нахлынули разочарование и досада. Его начал тяготить этот разговор, да и продолжать его было незачем.

– Хорошо, до завтра, – сказал он, еле удержавшись от того, чтоб не пожать плечами, и вышел из таверны. Дождь уже прекратился, дышалось легко, а ткань, липнущая к телу, наполняла душу сожалением и тоской.

Помощники переминались с ноги на ногу на противоположной стороне улицы. Вид у них был очень мокрый и далеко не счастливый. Риольф почувствовал себя виноватым.

– Надо переодеться, – сказал он торопливо, стремясь избежать неприятной темы. – До приёма времени совсем мало.

Попытка не удалась. Бран, который был при нём с малолетства, не мог упустить возможность упрекнуть воспитанника.

– Зря ты так, – брюзгливо сказал он. – А если найдут?

– Как? Насильник в магистратуру обращаться не станет, самому не меньше прилетит.

– Ну, мало ли! Могли в окно заметить, девицу узнать…

– Я посмотрел. Окна ставнями закрыты были, в щёлку много не разглядишь. А девушке представился купцом и назвал другое имя.

Лискон обидно фыркнул, и Риольф почувствовал, как лицо заливает жаркий багрянец. Прямые серебристые волосы до лопаток с двумя симметричными чёрными прядями – слишком приметно.

Мимо прошлёпал, переваливаясь, инвак, запряжённый в бричку, и Бран махнул рукой кучеру. Бричка остановилась. Лискон назвал адрес и попросил поторопиться. Все трое замолчали.

Барон сел рядом с кучером и мрачно глядел, как перед носом колышется толстый пегий зад и ходит из стороны в сторону короткий широкий хвост. На мгновение вернулся мыслями к спасённой девушке – эх, какая досада! – и выбросил её из головы: не сбылось, значит и не надо.

Кучер щёлкал кнутом в воздухе и покрикивал, длинные когти дробно постукивали по булыжнику мостовой. Видно, инвак недавно из деревни. В городе когти стачивались быстро.

У гостиницы бричку отпустили. Опаздывали, и Лискон велел запрягать лошадей. Переодеваясь, Риольф мучился виной. Давно бы дошли до дворца, если бы он не потерял голову от разгула стихии.