Рецепт капучино для долго и счастливо

— И тебе не грустно? — мягко спрашивает Злата, не уверенная, стоит ли ей сменить тему или продолжить. — Или феи возвращаются с прежними воспоминаниями?

— Нет, леди, — она качает головой. — Новорожденные феи не помнят, кем они были раньше. И были ли они раньше вообще. — Исса улыбается, с ее пальцев сыплются искры на раскрытую ладонь Сирила. — У нас есть цветок, из которого никогда не рождалась фея.

Злата отвечает на ее улыбку, но ей немного грустно.

Атмосфера словно стала гуще, тяжелее. Она опускается на плечи одеялом, не мягким новым одеялом, а тем старым колючим, какое находишь на даче, на чердаке, оставшееся еще от прошлых владельцев.

Зря Злата вообще завела этот разговор и продолжила, но слова обратно не вернешь, не отмотаешь на несколько минут назад.

— Все в порядке, — словно почувствовав ее неудобство, говорит Сирил. — Вы не знали, и я понимаю это любопытство и интерес к другому миру.

— Простите, — все равно говорит Злата, потому что если с ней так вежливы, то и ей стоит быть вежливой в ответ.

Сирил отводит взгляд и ставит чашку на стол.

Исса прямо по одежде перебирается с его ладони на плечо. Кажется, им обоим нравится, когда все именно так: может, ее лучше слышно. Или, наоборот, Иссе хочется прятаться за его волосами от мира. Но выглядит очаровательно.

— Все в порядке, — повторяет Сирил. — Я принимаю извинения, если вам так угодно. Я в свое время задал достаточно неудобных вопросов о вашем мире.

Верно, для него ее мир тоже чужой и по-своему странный, непривычный, работающий совершенно иначе, по другим законам — не только физическим, но и юридическим тоже.

С другим видом энергии.

— Очень отличается?

Злата рада, что тема немного меняется, даже стало как-то легче дышать.

— Совершенно. Ваш мир… быстрый, стремительный. Иногда кажется, что все вокруг куда-то спешат. Сложно помнить детали, когда привык пропускать годы мимо себя.

Она вряд ли сможет когда-нибудь понять полностью: ее век против его ничего не значит, но зато она понимает другое. Почему прошлогодний купон. Потому что для него время между сменой одного настенного календаря на другой словно мгновение, моргнул — и уже другой год.

Вряд ли Сирил цепляется за каждую минуту, иначе можно сойти с ума при настолько долгой жизни.

— Мой мир не всегда был таким, технологии сделали его более… — она прячет внезапный зевок за ладонью, — стремительным. Прошу прощения.

— Ничего. Проводить вас до гостевой спальни?

Злата кивает. Уже действительно поздно, она не хочет даже считать, насколько.