Моя мастерская волшебностей

На следующий день я попросила одного из стражников послать кого-нибудь за главой города. Думала, он скажет нечто вроде: «Я вам не подчиняюсь», но он предельно вежливо ответил, что всё будет сделано.

Подмигнув понятливо улыбающимся охранникам, я устроила себе место внизу на ковре, чтобы не видели с улицы, и приготовилась ждать.

***

- Звали? – Густав заглянул в лавку и хмыкнул, увидев меня прячущейся.

- Да. Я связала несколько таких же квадратиков, как и в прошлый раз, но понятия не имею, что делать с ценами.

После короткого обсуждения, мы решили пока назначить по пятьдесят золотых за штуку. Для Мастера это неоправданно дёшево, но, учитывая мою неопытность, провинциальность городка и непредсказуемость магии… В общем, я согласилась.

Следующие полчаса прошли в раскладывании товара по прилавку. Вообще, все эти торговые дела увлекли меня настолько, что я совсем забросила заказы на тексты от клиентов из моего мира, пообещав себе заняться этим позже.

К счастью, в игрушечном городе, который, как выяснилось, носил название Хейзельхальм, царило рабочее время, так что количество зевак, с любопытством созерцающих мои потуги по оформлению прилавка, не приближалось к критической отметке.

Однако не все из них сохраняли желаемую дистанцию.

- Здравствуй, Мастерица, - широко улыбаясь, обратился ко мне рыжеватый кудрявый парень. – Я Лерхен, сын мясника. Тут неподалёку работаю. А у тебя муж есть?

Вот так подкат! Прямо в лоб. Если я отвечу «нет», с такого, как он, станется заявить: «Теперь есть».

- Тебе какая разница? - раздражённо буркнула я. – Есть или нет – не твоё дело.

Парень подавился воздухом и закашлялся. Видимо, ожидал другого ответа. Может, он красавец местный, а я его так грубо отшила? Или у них в принципе женщины обычно отпор не дают? Окружающие жадно вслушивались в наш разговор, кто-то усмехался.

- Что ж ты неласковая такая? – наконец, вернул себе дар речи рыжий наглец. – Я, может, не просто так интересуюсь. Ты мне понравилась!

И, главное, он это так веско произнёс, как будто честь мне оказал небывалую, и после этих слов я должна одуматься и броситься ему на шею. И смотрел при этом с претензией.