Чуж чуженин

Что ж, тогда она не завидовала невесте помытчика, которая, оказывается, ждала его в Зазимье. Впрочем, Мстиша не завидовала ей в любом случае. Княжна не могла без содрогания подумать о том, каково это, стать женой подобного человека.

Хорошо, что они догадались набрать в лесном роднике воды. Не они, конечно, а Нелюб. Мстише бы такое и в голову не пришло. По пути долго не попадалось ни реки, ни маломальского ручейка, и Мстислава сполна оценила предусмотрительность помытчика.

Там, где дорога делала крутой поворот, они встретили очередную повозку, хозяину которой не повезло.

Подойдя ближе, Мстиша рассмотрела, что оглобли были повёрнуты в противоположную Осеченкам сторону. Сухопарый старикашка в очень чистой белой рубахе копошился возле вывихнутого колеса. Седая дряхлая кобылка уныло переступала в пыли.

Нелюб приподнял шапку и коротко поклонился.

— Мир по дороге, отче!

Старик задрал голову и подслеповато сощурил глаза, а, разглядев Нелюба и Мстишу, светло улыбнулся.

— Мир, добрые люди, мир и вам! — Несмотря на то, что смуглое, закопчённое солнцем лицо было сплошь изборождено морщинами, голос его звучал звонко и молодо.

— Что ж это, все на торг, а вы с торга? — ещё шире улыбнулся он, перебегая глазами с Нелюба на Мстишу и обратно.

— Да и ты, отец, красные товары глядеть не торопишься, — усмехнулся зазимец. — Что стряслось?

Нелюб совсем остановился и, неожиданно для Мстиславы, сунул ей в руки повод. Не глядя на принявшую оскорблённый вид девушку, он подошёл к старику и присел на корточки перед лежащим на песчаном ухабе колесом.

— Да вот, возил старшего сына с невесткой на торг. Усмари мы, я их с товаром в Осеченках оставил, а сам домой возвращался. Телега-то у нас одна, вишь, а падарь на носу, надо вывезти сено-то. Думал, в одну выть обернусь, да ось, окаянная, подвела меня, старика. Дёготь весь вышел дорогой, а до воды далече, вот и перегорела.

Нелюб нахмурено повертел ступицу.

— Долго ли до твоей деревни? Подлатать смогу, чтобы шагом дойти, а там уж новую ось справишь.

— Да бросма-брось вёрст десять, не боле.

— Вот и ладно. Погоди, вручье достану.

Не думая встречать возмущённый взгляд Мстиши, Нелюб начал развязывать притороченный к седлу мешок.

— Ох, помоги тебе Звёздный Пастырь, сынок, — обрадованно запричитал старичок. — С самого утра по жаре маюсь.

— Что ж ты, отец, сколько людей нынче этой дорогой прошло! Неужто никто не пособил?

— Да все на торжок поспешают, нечто я стану докучать со своей безделицей.

Нелюб неодобрительно покачал головой.