Глаза дракона

И почему-то было у Лины ощущение, что он прекрасно распознает ее ложь. И ей будет еще более неловко.

— Вас это смущает? — произнес Виктор, его голос звучал ровно, но сейчас Лина могла поклясться, что он насмехается над ней.

Она вскинула подбородок, запихивая свое смущение куда подальше.

— Я бы сказала, что нет, но это было бы ложью, — сказала она, глядя ему прямо в глаза. — Наводит на определенные мысли.

Виктор улыбнулся, неожиданно поиграв бровями. И сказал с придыханием, от чего его голос показался еще ниже и глубже:

– О, я старался, чтобы вы думали именно об этом.

Лина моргнула, растерявшись, потому что от бархатного тона екнуло в груди. А потом рассмеялась, словно то, что он пошутил, мгновенно сбросило напряжение.

Она вдруг поняла, что он не настолько уж старше, и можно попробовать просто… продолжить общаться? К тому же Виктор не выглядел как человек, который будет ее принуждать к чему-то. Скорее мягко и коварно подталкивать, но уж этому она сможет сопротивляться. Наверное.

— Что ж, вам удалось, — проговорила она и добавила, стараясь, чтобы голос звучал ровно и небрежно. — Так где вы говорите, я могу переодеться в наряд, подходящий наложнице?

Виктор рассмеялся и покачал головой:

—- Вы удивительная, Лина, — он указал ей за спину, на незаметную дверь, практически сливающуюся с красивыми шелковыми панелями.

— Обращайтесь ко мне на “ты”, Виктор. Раз уж решились соблазнять.

Дверь за собой она закрывала под его низкий тихий смех и наверняка с совершенно глупой улыбкой на лице.

Глава 16. Купальни любимой наложницы Императора Китая

Но не знал он, что отдала императрица своему возлюбленному не только мысли и тело, но и ци.

Оставшись одна, Лина не стала торопиться, она медленно обошла небольшую комнату, отдавая должное изящным росписям на балках с изображением кувшинок и журавлей. Долго изучала легкую ширму – на деревянную раму из дерева был натянут плотный шелк с искусно вышитыми горами. Крошечные сосны прятали за своими ветвями пагоды с совсем уже миниатюрными фонариками под скатами крыш.

За ширмой пряталась впечатляющая своими размерами бочка, или кадка, Лина не была уверена, предназначенная для омовений. Она осторожно тронула воду рукой — та оказалась теплой, чуть теплее температуры тела.

Кто мог наполнить ее? Лина оглядела кадку, но так и не нашла следов какого-либо водопровода. На изящном маленьком столике лежала аккуратная стопка одежды, видимо предназначенной для купален.