Замуж за врага. Его (не) любимая

– Падем, но не сдадимся!

Когда две «армии» сошлись, аргчане, захваченные актерской игрой, вздрогнули. Полетели «головы», полилась «кровь», непобедимая армада «демонов» теснила «лейдцев» по «снегу» к углу сцены, где судя по силуэту располагалась Заячья Гряда.

- За Лейд! - Закричал один из «воинов» и, вскинув меч, бросился в толпу «демонов». За ним в последнюю отчаянную атаку поспешили сослуживцы.

Внезапную тишину нарушил громогласный истерический хохот шута. Топая ногами о пол, он верещал:

- Дураки, северяне-лопухи! Бедных, всех мечом убили! Всех в капусту порубили! Головы летели прочь! Хорошо, стояла ночь!

И снова залился ревущим смехом.

Святослав не изменился в лице. Ни он, ни его люди не выглядели смущенными или оскорбленными, скорее – равнодушными сторонними созерцателями странных аргских традиций.

Наконец, представление закончилось. Не дожидаясь оваций, Святослав величественно поднялся с кресла.

- Куда вы, господин? Вам не понравилось? – Будиш выглядел самой простотой. – Останьтесь.

- Пируйте без нас, - холодно отрезал Посланник. – Аргским гостеприимством мы сыты по горло.

И вышел за дверь.

* * *

Макушки Скалистых гор в сгустившейся темноте молчали гигантами из стародавних легенд. По столичным улицам гулял западный ветер. Похолодало. В серебре звездного света блестели крыши жилых домов, кованые заборы и предместья княжеского дворца. Всюду горели факелы. Из некоторых таверн еще неслись песни и смех – жители продолжали праздновать наступление весны, не подозревая, что в этот миг их правители захлебывались от ярости и бессилия в самом сердце Ипати.

Серый от гнева Будиш походил на мертвеца. Прохаживаясь по покоям, он тер подбородок и скрипел от злости зубами.

- Брат, - позвал Николай. – Мы не можем отказаться от требований Святослава. Волки заподозрят подвох.

С одной стороны аргцы не лукавили, говоря, что Николай и Игорь не обременены женами и детьми. Так оно и было. Ни у среднего брата, ни у младшего семей не имелось.

Игорь по любовницам не бегал и о жене не задумывался. Будучи младшим князем и только третьим претендентом на трон Арги, он знал, что правителем никогда не станет и потому не видел необходимости заводить семью.