Замуж за врага. Его (не) любимая

Святослав покачал головой: он сомневался, заложник разрядит раскалившуюся до предела обстановку и сведет усилия непокорной Арги на «нет».

Шумные ряды и пестрые шатры театралов остались позади, и перед князем открылась тихая рощица, огороженная узорным металлическим заборчиком. Первое, что бросилось в глаза – разрушенный памятник, белевший мраморными руинами в самом сердце шумевшего зеленью уголка. Подойдя ближе и опустившись на одно колено, северянин смахнул с каменной плиты пыль и прошлогодние листья. На камне блеснули вэльские руны: «Палиш, сын Льва.

Святослав присмотрелся к осколкам топора, и в одном узнал обломок головы со смутно знакомыми чертами. Да, это был он - юноша, бившийся в поединке до Первой крови. Памятник снесли много лет назад и, беспощадно надругавшись, бросили на всеобщее обозрение.

Посланник приложил руку в область сердца и отдал честь парню, на долю которого выпали страшные испытания. Печально, что потомки забыли подвиг великого предка и, обозвав предателем, подкупленным северянами, сделали козлом отпущения и нарекли виновником всех несчастий.

- Покойся с миром, князь. Ты не забыт.

Он вернулся в «Охотничью Слободу» к вечерней трапезе.

Добрыня и воины сидели в пустой таверне.

Выяснилось: стоило Волкам спуститься к ужину, других постояльцев, как ветром сдуло. Несмотря на звенящую тишину и нервные шепотки обслуги, трапеза порадовала сытностью и простотой.

- А это что? – Сев за стол, Святослав указал на запечатанное письмо.

- Будиш приглашает на празднование Встречи Весны.

Рыжебородый воин хмыкнул:

- Несколько часов назад хотел тебя зарубить, а сейчас приглашает на пир?

- Клянусь Северосом, всё это плохо кончится, - посеребренный сединой воевода поморщился. - Уделатор затеял опасную игру.

- Так подыграем ему, - улыбнулся Святослав.

* * *

Золотой Простор был полон.

Будиш специально выбрал этот зал, выложенный мрамором и расписанный золотом и охрой, потому как взглянуть на представление знаменитой столичной труппы «Гонцы Меликарра» пожелали многие.

В дальнем углу играли музыканты.

Сам Будиш и два его брата восседали на платформе перед сценой и вели беседы с советниками. Князья Арги облачились в праздничные традиционные красные с золотом одежды. На их волосах сверкали венцы. Похожим образом разодела знать.

У ног Будиша кривлялся шут.