Замуж за врага. Его (не) любимая

… Вскоре, устроившись в седле, наблюдала за хмурым и немногословным Святославом. Он простился с князем Эргией, его помощником, влетел в седло и, подав сигнал выдвигаться, исчез за воротами.

- Спешит в Стифополь, - предположил Добрыня.

Ему и в голову не могло прийти, что посол Его Светлости в последние сутки думал о девчонке, которая была ему абсолютно – не парой, совершенно позабыв о государственных делах.

«Опять дорога и страшная тряска», вздохнула заложница.

И позавидовала Тилю. Юноша слишком ослаб после ранения, и Святослав распорядился оставить его в форпосте до полного выздоровления.

Командир «Щита» заверил, что обеспечит парню надлежащий уход, и когда тот окрепнет – отошлет или в Стифополь, или отпустит домой.

Новое утро выдалось хмурым. В безветрии мрачнели облака. Птицы вяло щебетали из гнезд.

На юго-восток ехали до вечера. Заложница то и дело потирала затекшую шею, разминала поясницу или суставы и, всякий раз морщилась, подскакивая на кочке. Ближе к ночи остановились на ночлег. Едва голова Софии коснулась лежанки, она уснула.

А следующим утром все повторилось – Святослав вырвал из объятий сна, а пыль дорог окутала пресной желтоватой завесой.

После полудня зарядил противный дождь.

Одежда и плащи промокли, седельные сумки разбухли, а каменистый тракт почернел и стал скользким. Дымка фыркала и недовольно жевала удило. Девушка чувствовала себя не лучше. Словен и Тис подбадривали ее шутками, но настроение заложницы только ухудшалось. Сударь Посланник, ехавший в двух шагах впереди, тихо переговаривался с воеводой, Рогнедом, иногда Юрием, и ею не интересовался.

Она отчетливо слышала обрывки слов: «Дом Железного Вепря», «Туманные горы», «предательство», «Будиш и Николай», но уловить нить разговора не могла.

Кроме того, память предательски напоминала о беседе у озера, выхватывая странный и пугающий, но такой притягательный взгляд Святослава. София боролась с собой, уверяя - это всего лишь игра звезд и озерной воды. Но чем больше сопротивлялась, тем сильнее очаровывалась.

Близость манящих и ласковых губ северного князя сводила с ума, будоражила и отравляла кровь желанием.

«Он враг, мой враг, - девушка винила она себя в слабохарактерности и беспрестанно повторяла. - Лжец и лицемер. Не верь ему. Он обманет, использует и предаст».

Пока отряд преодолевал лигу за лигой, она старательно выжигала из сердца доверие и уважение к Посланнику. Испытывать к нему и его отряду, другие чувства кроме ненависти – нечестно и подло.