Тайные улицы, странные места

Некуда деваться.

Вытянул руку со смартфоном, тыкнул наугад, надеясь, что автоматом надавил правильно. Мощный луч ударил через пыльную темноту, закруживая в белом свете пылинки. Зяма выпрямился, закрывая ручищей глаза. Заорал, приложившись башкой о козырёк свода. И матерясь, включил свой фонарь, спрыгнул, не обращая внимания на треск футболки, которая оставила на каменном выступе кусок рукава.

— Ах… ты… скотина мало-лет-ня-я…

Женька попятился, прижимаясь лопатками к буграм и выступам позади себя. Его смартфон внезапно погас, как будто слепящий свет фонарика (а никогда же не светил с такой силой), в секунды высосал весь заряд.

— Дебил недоношенный, — пропыхтел Зяма, перекладывая мобильник в левую руку, — да я…

И тут Женькин телефон заорал. Завыл сиреной, мигая в опущенной руке. Загремел каким-то маршем. Зяма от неожиданности качнулся, зарычал, бесясь ещё сильнее от того, что вместо привычного удара приходится постоянно пугаться, и занёс руку.

Смартфон завибрировал и Женька, пытаясь закрыться от удара, увидел на пылающем яркими красками экране — картинку. На мгновение забыл обо всём, как будто время тоже споткнулось и замерло, чтобы успел разглядеть.

Там, среди светлых плоскостей, уводящих к центру экрана, пылало солнце — огромным алым шаром, еле втиснутым в лёгкие рамки проема. И на его фоне стояли два силуэта — мальчик и девочка. Держались руками.

— Э, — сказал Женька, удивившись так сильно, что повернул картинку к Зяме, словно приглашая того тоже посмотреть.

И удивился ещё сильнее, когда тот заорал, роняя мобильник и хватая себя за лицо. Из-под растопыренных пальцев бежали слезы, сверкая в могучем алом свете, что исходил из экрана. Шатаясь, Зяма шёл вперёд (а Женька так понадеялся, что тот развёрнется, отступит), хрипел что-то, набычивая стриженую башку.

Женька выставил перед собой смартфон, пытаясь светом удержать нападение. И вдруг заорал, как кричал косматый хозяин Меотиды:

— Соларис! — орал Женька, выпрямляясь под низким сводом, а ещё кричал, — Со-ла! Со-ла-рис!

И замолчал, оказавшись в кромешной темноте, полной устойчивого тёплого ветра.

Другую руку нашли тёплые пальцы. Рядом услышался смех.

— Ну ты и орал, — сказала Женя, потянула руку, увлекая его за собой — быстрее и быстрее, — я думала, у меня уши отвалятся.