Ведьмины косы

Настасья лишь горько и обиженно ухмыльнулась. Чего ждал столько лет? Томил её? Ни себе, ни людям.

Она вот возьмёт и откажет Питеру! И будет ему поделом! Даром, что сама потом будет безутешно оплакивать поломанную судьбу.

Но Петро, наглец этакий, отрицательного ответа не принял и увёл Павла на задний двор – поговорить по-мужски.

Теперь Настасья сидит на кухне, в тепле, из дому выглянуть боится. Вдруг подрались женихи?

Папенька с мачехой, как назло, в город укатили за покупками. Маруська уж семь лет как замуж вышла в соседнюю деревню.

«Тук-тук-тук!» – раздалось торопливое, затем парадная дверь скрипнула, послышалось шуршание снимаемой обуви и уверенные шаги в сторону кухни.

Петро не выглядел ни побитым, ни взволнованным. Как всегда, собранный, уверенный в себе и одетый с иголочки в тёплый зимний костюм.

– Ты прости, Настасьюшка, что не позвал тебя замуж раньше. Мой косяк.

– Что же из леди ригерских не выбрал? Они-то всяко поизящней будут... Я-то, вон, простая, – по-прежнему обиженно выдала она.

– Главное, что настоящая, – Петро улыбнулся так, что у Настасьи перехватило дух, и сел рядом. – Не глядят глаза на других.

– А на меня глядят что ли? Что-то непохоже...

– Да за Любомиром я всё нянькой ходил. Пестовал его, защищал от него же самого. И не заметил, как пролетело время. Опомнился – а своей-то жизни и нет.

– Разве найдётся в ней место для меня?

– Мир уже большой мальчик. Сам справится. Иди за меня, Насть. Жить будем, где захочешь.

– Прям в деревню к нам переберёшься, коли попрошу?

– Переберусь, – кивнул решительно.

– Вот и переберись! – провокационно заявила она.

– Свадьбу тоже тут справим?

– Тут! Маменькино свадебное платье в этом вашем Ригере засмеют, а оно мне дорого.

– Как скажешь, – снова разулыбался Петро. – Ну, раз всё готово, то и тянуть нечего. Договоримся со священником, нас поженят через неделю.

– Неделю?! Да папенька тебя за такое взашей из дому выставит! – перепугалась Настасья, естественно, не гнева отца, а слишком скорых перемен.

– Не выставит. Папенька твой не дурак. Понимает, что с Павлом ты хорошей жизни не увидишь. И Павел это понимает. Моя ты, Настасья. Иди уже ко мне.

***

После свадьбы, на которой гуляла не только вся деревня, но и скрытые под личинами Ричард с Аретой, Настасья заявила, что желает посмотреть, как другие люди живут. Так что в Ригер вернулись не только король с королевой, но и молодожёны.