Ведьмины косы

Если она правильно понимает, то после венчания их ждёт первая брачная ночь, а точнее, утро. А она не готова!

– Тише-тише, успокойся, – Ричард, остановившись, притянул девушку к себе и чмокнул в макушку. – Там тебе выдадут наряд для венчания и дадут возможность привести себя в порядок с дороги. Или ты думала, мы побежим жениться, пыльные с ног до головы? М?

– Ладно. Я... Я просто боюсь, – нервно призналась Арета и тут же словила мягкий поцелуй, как бы говорящий, что всё под контролем, и Ричард всё продумал.

– Предоставь мне обо всём позаботиться.

Карета в самом деле была просторная и, как ни странно, уютная, без излюбленных дворцовых декоративных красивостей. Мягкий изумрудный бархат обивки манил прижаться к нему и расслабиться, что Арета и сделала. Ричард с нескрываемым удовольствием достал из-под сидений подушку, укрыл возлюбленную пледом и выдвинул страхующий бортик с краю.

– Всё, спи, любимая. Дорога длинная.

– А ты?

– Буду охранять твой сон.

Она сначала нахмурилась, затем придвинулась вплотную к стенке.

– Я не смогу уснуть, зная, что ты будешь клевать носом всю дорогу, – похлопала по освободившемуся месту рядом с собой. – Ложись. Силы нужны не только мне.

Ричард просиял, и его не пришлось просить дважды. И хотя лежанка маловата для него, он согнул ноги и придвинул девушку к себе. Особого комфорта не получилось, лёжа двумя головами на одной подушке, но всё это пустяки. С милым, как говорят, и в шалаше рай, и карета – маленький домик.

«Всё-таки как Ричарду идёт счастливая улыбка.

***

Арета проснулась оттого, что их транспорт остановился. Сон был сладким, а пробуждение – плавным, приятным. Сквозь тёмные шторки пробивался бойкий солнечный свет.

Лето. Белые ночи. Светает рано.

Ричард уже натянул сапоги и сидел напротив, бодрый и торжественный, хотя и слегка заспанный, в помятой рубашке и с торчащей сбоку короткой прядью.

Арета испытала острый приступ умиления. Захотелось лично пригладить любимому торчащие волосы.

Ну, какой же он король? Он её мужчина. Родной и близкий, с которым можно быть собой.

– Доброе утро, любовь моя, – снова улыбка, от которой можно забыть собственное имя.

– Доброе... – промурчала ведьма и сладко потянулась, жалея, что не сняла верхнее платье. Всё-таки оно, хоть и без затянутого корсета, а спать мешало. Кожа под ним чесалась.