Цена мира

— Я тебе доверяю, — заверила принцесса.

В этот момент острое, суровое лицо колдуна настолько напомнило ей кота, которому внезапно почесали горлышко, что она невольно рассмеялась:

— Признайся, ты уточнил это только для того, чтобы я это сказала!

Немедленно устыдившись своей реакции, Ингвар поспешил сменить тему.

— Так, а зачем тебе в Мозаль? У тебя есть какая-то идея?

В том, что это касалось расследования, он явно не сомневался. Что бы еще заставило принцессу вернуться туда, где её чуть не убили?

— Тот человек, о котором упоминал колдун, — ответила девушка, — Клейн.

Я слышала это имя. Так зовут доверенного слугу эдлинга Бардальфа. Именно он сопровождал меня по замку.

Ингвар кивнул:

— Я знаю. Однако к моменту, когда я узнал о нем, он уже исчез. Тот, с кем мы имеем дело, хорошо заметает следы.

— Но у него должна быть семья! — всплеснула руками Линетта, — Это был молодой парень, у него наверняка должны быть хотя бы родители. Я хочу расспросить их. Может быть, они что-то знают.

Кесер промедлил и как-то несмело спросил:

— Люди рассказывают своей семье такие вещи?.

.

Как будто не чувствовал себя уверенно в этом вопросе.

— Смотря какие люди, — решительно заявила девушка, — Семья бывает разная, и не у всех в ней творится такое… такое, как у тебя. В любом случае, не проверим, не узнаем, а других ниточек у нас сейчас все равно нет.

— Да я не против, — пожал плечами Ингвар, — Поехали, проверим. Только оденься потеплее. И кстати…

Он склонился, как будто хотел прошептать что-то ей на ушко.

Линетта замерла, чувствуя на себе его дыхание. В тот момент как будто волна странного тепла пробежала по всему её телу, наполняя его изнутри.

— В этом платье… Ты невероятно соблазнительна.

И с этими словами кесер покинул покои, наглейшим образом пользуясь тем, что смущенная комплиментом, она не успела придумать достойный ответ.

Переодеваясь в серое шерстяное платье консервативного асканийского фасона, принцесса силилась успокоиться. Что-то изменилось в ней за последние дни, что-то, что уже не позволяло сохранять хладнокровие.

В какие-то моменты думала она, что возможно, Ингвар соврал, и его демонской взгляд все-таки навел на неё чары, но…

Каким-то шестым чувством Линетта знала, что он не врал.

Она бы не слишком удивилась, если бы это началось после того, как он спас её от колдовской стрелы во время схватки у «Пляшущей Форели». Ну, может быть, немного расстроилась из-за своей обнаружившейся подверженности романтическим штампам.