Цена мира

А еще он почувствовал, как в глубинах его туманного тела формируется костяной шип, готовый убить наглеца на месте.

— Я не надеюсь на это, о великий, — склонил голову колдун, — Я лишь гарантирую, что мы оба будем блюсти заключенный нами договор.

Он повел рукой в сторону, и Ингвар увидел то, к чему обратился взгляд демона. У дальней стены стояла двуспальная кровать; она напоминала ту, что кесер видел в одной из комнат в борделе, но кажется, была все же не той же самой. Хотя возможно, несколько сбивало с толку то, что постель была снята, чтобы не запачкать.

Прямо к голым доскам были привязаны три девушки где-то четырнадцати-шестнадцати лет на вид. Довольно изящные и симпатичные для простолюдинок, темноволосые и смуглокожие, что было характерно для южного Данаана.

И умирающие. Их вены были вскрыты, и по свинцовым желобкам их кровь стекала в ритуальную чашу.

— Все они третьи дочери своих семей, — добавил колдун, — И каждая из них никогда не знала мужчины. Их кровь, их юная жизненная сила, — все это будет твоим.

Если сделаешь то, чего я желаю.

— Чего же ты желаешь, смертный? — демон-коршун отвел глаза от сладостной добычи и перевел взгляд на собеседника.

Но даже сквозь соединявшую их колдовскую связь Ингвар почувствовал, как рот наполняется слюной, как будто у голодного человека, что вдыхает запах жарящегося мяса.

— Прямо сейчас ты примешь крылатое обличье и направишься к замку Мозаль. Ровно в полночь у северной стены тебя будет ждать человек по имени Клейн; у него будет при себе реликварий, где ты спрячешься.

Он покажет тебе своего хозяина: ты должен будешь запомнить его облик. Когда в замок прибудет девушка по имени Вин’Линетта, той же ночью ты должен будешь принять облик хозяина замка и напасть на неё. Передай ей мои слова: «Ваш жених передает привет». После этого можешь делать с ней все, что пожелаешь.

Несложно было догадаться, что пожелает он убить её, высосать её кровь и использовать для укрепления собственных сил.

Как использовал кровь этих трех девочек.

Ингвар ощущал всем телом, как протекает через него их жизненная сила, и извращенное удовольствие охватывало его. Приходилось напоминать себе, что это не его удовольствие. Что это воспоминание демона.

Только слова «Ты чудовище» все равно звучали в памяти.

Покончив с трапезой, Коршун принялся изменять обличье. Не в первый раз Ингвар ощущал через воспоминания демонов, как происходит эта метаморфоза, но если бы кто-то спросил его об этом, он затруднился бы описать.