Тать на ваши головы

Надо его простить, понять, а потом отпустить. Он обязательно вернется — все мы смертны, — но несколько позже.

Камень хранил безразличное молчание, а может, обрабатывал полученную информацию. Он же камень... думает небось с той же скоростью, с какой растет.

Ничего, сейчас мы его мыслительный процесс ускорим.

«Знаешь, мне очень нравятся эти завитушки».

Я взяла в руку кувалду, точнее, ее рукоять — сама кувалда осталась стоять на полу. Не представляю, какая нужна силища, чтобы этим работать.

«Но если не отпустишь — лишишься всех.

Я поднатужилась, ухватилась покрепче за деревянную рукоять и с выдохом подняла кувалду. Зашаталась, точно штангист, берущий вес, — подземники дружно шарахнулись в стороны. Я замахнулась со зверским лицом — в спине что-то намекающе хрустнуло. Или это не в спине? А, точно! Вдоль руки подземника поползла трещина.

Сразу бы так! С диким грохотом кувалда приземлилась на пол, следом раздался не менее дикий вопль.

— Ой, простите! Извините, пожалуйста.

Подземник шипел, держась за ногу. Искренне надеюсь, все срастется благополучно.

— Ничего, — проскрипел он, а мужик силен — даже не выругался ни разу, — уже почти не болит.

Судя по серому от боли лицу — болело, и еще как. Так что я смотрела на пострадавшего с сочувствием, как и все собравшиеся.

— Вы лучше отойдите в сторону, пока мы вашего товарища доставать будем, — предложила я.

— Д-доставать? — ошалело поинтересовался подземник, и в этот момент раздался еще один хруст. Тут дошло уже до всех, и к постаменту ринулись толпой. Меня чуть не смели. Моему переводчику тоже досталось. Так что я взяла руководство на себя.

— Осторожно, уши ему не оторвите! Ты, в черном, куда так тянешь? Не видишь, камень не пускает? Пристукни тихонько, чтобы поддался.

И никого больше не волновало, что я сижу сверху на груди у незнакомого мужчины. За моей спиной пыхтела какая-то тетя, пытаясь освободить ноги сородича. Да и какая разница, как спасать, если это работает?!

— Взяли, положили!

Мужик теперь лежал на полу, все так же не подавая признаков жизни.

— Момент! — успокоила я собравшихся, потому как видела, что кожа подземника на глазах теряет свою обсыпанность «цементом» и выглядит уже просто кожей мертвеца.