Исцелить сердце дракона

Тюремщик быстро запер дверь и бросился подальше от «проклятой» камеры. А раненому не оставалось иного, как схватить кувшин и с жадностью влить в себя его содержимое. Кровь была еще теплая, отдавала легким букетом перебродившего винограда, из чего можно было сделать вывод, что за несколько часов до убийства жертва пила дорогое вино.

Растекшийся по венам нектар, мгновенно вернул утраченные силы и обострил приглушенные заклятиями сдерживания рефлексы. Рывком приподняв тело, он привалился к стене и медленно ощупал шею в поисках свежих ран или укусов.

Ступенчатый алтарь, окруженный жрецами смерти, читавшими заклинания. Клинок, сверкавший в свете сотен факелов. Чаша, наполненная горячей кровью. Все это было не сном.

Сквозь решетки просочилось мохнатое существо.

Скользнув по плитам, оно обвило ногу молодого воина, но тот даже не шевельнул склонённой головой, занятой воспоминаниями. Со стороны существо напоминало сгусток темноты и издавало тихое бормотание на непонятном наречии, а после того, как окунулось в царивший тут мрак, и вовсе перестало выделяться. Потеревшись о лодыжку и не получив в ответ реакции, существо досадливо фыркнуло и в следующий момент метнулось к решетке в попытке ее перегрызть.

Послышался легкий металлический скрежет.

- Оставь, - мужчина с трудом узнал собственный голос. – Прутья зачарованы магией. Тебе не по зубам.

Не обрадованный этой новостью «сгусток» ворчливо кашлянул и нырнул своему господину под бок. Повозился точно кот, обвивающий лапы хвостом, перед тем как уснуть, и, наконец, устроился на влажном полу.

Вернувшись – дух сильно рисковал. Но он не мог иначе. Дайманы были неразрывны с душами храбрых воинов, точно так же как фамильяры-помощники с душами призвавших их во служение колдунов.

Опустив руку, раненый потрепал сверхъестественное существо по шелковистой, вставшей иголочками шерсти и усмехнулся прозвучавшему в мыслях вопросу:

- Не собираюсь. Но пока лучше затаиться и выждать время, иначе…

Его прервала парочка стражников, вывернувших из-за поворота тюремного коридора, бурно обсуждавших казнь заключенного из камеры двадцать шесть. Проходя мимо, одному захотелось притормозить и всмотреться в сидящий в полутьме силуэт.