Невеста Черного Герцога, или Попала в драконий переплет!

Вместо этого маги и колдуньи создают сияющие шарики света. А немаги используют для этого специальные артефакты. К концу представления актеры получают «приз зрительских симпатий» в виде шариков. Каждый зритель сам решает, к кому подлетит его творение.

Разговаривать нельзя. Охать, ахать – тоже. Допустимо лишь прикрывать ладонью рот – это для женской части зрителей. Мужчины должны претерпевать эмоциональные муки молча.

В этот момент карета остановилась, и кучер открыл дверцу.

- Мы не пойдем через холл? – расстроилась Лиира,- зачем тогда это все…

Она потянула себя за брошку.

- Разве так следует благодарить за доброту? Не смотрите так, каддири Юлия. Это не больно.

Но я, не веря, протянула свою руку и жестом попросила хлопнуть меня.

Ох.

- Холодно,- отметила я.

- Причинять детям боль есть наивысшая глупость, призванная запугать малыша,- гувернантка пожала плечами,- а это просто охлаждающий артефакт. Он привлекает внимание, но не причиняет боли.

- И не унижает,- герцог повел плечом,- аристократов воспитывают столь же жестко, сколь и обычных жителей нашего королевства.

Ага. Если бы я еще знала, насколько все это строго… Хотя, помнится, в наших Академиях в прошлом секли розгами. Что ж, полагаю, некоторые моменты быта этого мира и моего перекликаются.

- Мы меня прячем,- серьезно сказала я малышке. – Стала бы я стесняться, что такая славная девочка согласилась принять мою шаль?

Лииру такой ответ поставил в тупик. Она явно не представляла себе, что могла бы отказаться.

- Она мечтала о том, что хоть кто-то признает ее существование,- весомо проронила няня, когда неугомонная малышка первой выскочила из кареты.

Герцог, выскочивший следом за племянницей, ничего не услышал. А я, пользуясь моментом, тихо спросила:

- Но ведь тригаст Эльтамру души в ней не чает.

- И она в нем. Но это совершенно другое,- гувернантка улыбнулась,- вы поймете позже.

- Вы уверены?

- Абсолютно.

Герцог, поймавший Лииру, подошел к карете и подал мне руку.

- Это не черный ход, а личный крытый переход,- наставительно проговорила гувернантка, перехватившая свою подопечную. – И поверьте старой диррани, нас увидит достаточное количество благородных зрителей.

Она оказалась права. Мы шли по отгороженному колдовскими барьерами коридору, но там, за мерцающей преградой, находился большой, ярко освещенный зал. Зал, по которому плавно фланировали группки аристократов.