Янтарное сердце Амити

– Ну же… Давай! – дрожащим голосом произнесла Несс. – Огонь… Огонь!

Брови декана нахмурились, а моё сердце часто забилось. Она что? Даже не думает призывать другие стихии? Настолько сильно желает огонь?

– Мальвин… – не выдержал декан, но она не позволила ему ничего сказать, громко воскликнув:

– Огонь!

Красный кристалл вспыхнул. Замерцал, будто засомневался То словно бы гас, то вновь разгорался, а потом всё-таки превратился в звезду и подлетел к Несс.

– Есть! – радостно воскликнула она, получив стихию, о которой так сильно мечтала.

И чуть ли не вприпрыжку кинулась обратно к нам, а хмурый и явно озадаченный декан некоторое время продолжал молча стоять, задумчиво поглаживая нижнюю губу, но потом всё же вызвал следующего:

– Миреваль Сенжи.

Я метнула взор на Силику, которая стояла, сложив руки на груди и чуть опустив голову. Она словно была напряжена и насторожена. Сенжи, в свою очередь, казалось, сейчас потеряет сознание. С опущенной головой, точно в чём-то повинный, затуманенным взглядом и на слабых ногах он вышел вперёд.

Поднял руку, которая поначалу немного подрагивала, но потом Сенжи смог с собой совладать. Он замер, и наступила гнетущая тишина. Сенжи не стал звать стихии вслух, но чуть поворачивался к каждой из статуй, отчего можно было понять, что именно он сейчас призывает. Первый был огонь, и он не откликнулся.

– Несс, – обратилась я шепотом подруге, которая, чуть приоткрыв губы, часто и тяжело дышала то ли от радости, что сбылась ее мечта, то ли от беспокойства за Сенжи, которое явственно читалось в ее глазах.

– Почему Сенжи так боится?

– Он… – начала она и замолчала, когда Сенжи повернулся к статуе с воздухом, который, как и огонь, не отозвался.

Опустил скрещенные руки, декан подался немного вперед, соколом наблюдая за Сенжи.

– Несс? – повторила я, чувствуя, как аура напряжения стала еще гуще.

Свет не вспыхнул на призыв Сенжи, а Несс на миг поджала губы.

– Он просил не говорить, но…

Земля и вода тоже не откликнулись.

– Я вспомнила, где слышала его фамилию, – тяжело вздохнула Несс.

– Оба его родители некроманты.

Сенжи замешкался прежде, чем повернулся к статуе, в руках которой мерцал фиолетовыми молниями чёрный кристалл, но когда он это сделал, зал наполнился то ли леденящим душу воем, то ли стоном, а тьма разрослась плотным сгустком. Не пламенем, как это делали другие стихии, а именно сгустком, точно разверзлась бездна, внутри которой бушевала буря. И только это произошло – декан метнулся к Сенжи.