Янтарное сердце Амити

Белладонна… Творился такой бардак, какой самый хитрый и злобный ифрит в жизни не придумает, чтобы извратить желание хозяина. Собственно, именно это событие и сократило магическое население настолько сильно, что ему вскоре стало грозить вымирание. Поэтому некоторых приспешников «Чистой крови» я даже понимаю. Такое мракобесие не могло пройти бесследно, пусть и прошло уже много веков, а сама история об истреблении тьмы превратилась в жуткую историческую сказку у костра. Точнее, во множество разных историй. Так что и люди, и маги до сих пор побаиваются личей.

И поэтому я так сильно заинтересовалась словами декана о том, что некромантов теперь допустят до обучения на Боевом факультете. Похоже, здесь сыграла немалую роль репутация Академии и директора, под чьим началом выпускались самые лучшие и «надёжные» некроманты. Вот Мечи и решили попробовать спустя столько лет вернуть силу некромантии в строй. Дать им второй шанс. Ох, белладонна… Не знаю, к лучшему это или к худшему и появится ли вообще в нашей группе учеников некромант. Не такие они уж и частые.

– Это всё, что вам нужно знать по новому обучению, – обвёл нас взором декан. – Вопросы?

И тут «публика» взорвалась. Ученики наперебой выкрикивали:

– А правда, что на вас покушались приспешники Возрождения Чёрного Олеандра?

– …что вы в одиночку выследили и сразили многоликого оборотня?

– …взорвали логово леканов-разбойников размером с целую деревню?

– …раскрыли заговор и спасли от покушения дочь короля Варамира, и теперь она хочет выйти за вас замуж?

Но громче и увереннее всех прозвучал вопрос:

– А это правда, что на первом году службы, вы сражались с личом? – и все разом смолкли.

Ну, конечно. Там, где некроманты – всегда должны быть и личи.

– Нет, неправда, – всё-таки снизошёл до ответа декан. – Это была мумия. Несколько любесов, ненавистников магии, нашли захоронение с редкими магическими записями и решили их уничтожить – сжечь. Однако им помешала мумия.

Декан поднялся из-за стола, а все ученики словно затаили дыхание. Так стало тихо.

– Давным-давно, – принялся он рассказывать, медленно постукивая подошвами блестящих ботинок по каменному полу при каждом шаге, – ещё до Пришествия жил тёмный маг, который вёл исследования в тёмном, затхлом подвале. Все свои записи он зашифровал, записав на шести древних языках, один из которых совсем забыт, а три других почти забыты. Но этого ему показалось мало, и для надёжности он сам себя проклял, чтобы защитить драгоценные свитки от непрошенных гостей.