Его огонь горит для меня. Том 1

— А какое второе правило? Вы сказали, что заботиться и угождать — это первое. А второе? Просто первое мне очень нравится, такой простор для творчества! Я уже смогла вам угодить? — за руку он держал меня чересчур близко, поэтому я смачно вытерла малиновую ладонь о его мундир. И тыльную сторону руки обтёрла, прежде чем император отреагировал.

Кажется, с многозадачностью у него как-то не очень. Одновременно смотреть ненавидящим взглядом и следить за моими движениями получалось откровенно плохо. Обмазанный ягодами император, словно загипнотизированный, смотрел мне в глаза.

Мы стояли, не отрывая друг от друга прожигающих взоров. Спустя бесконечно долгую минуту он вдруг дёрнулся и с изумлением оглядел заляпанный мундир и ошмётки малины на моих пальцах.

Внезапно тишину разорвал хохот, спутник Эринара смеялся так заразительно, что я тоже не удержалась и хмыкнула.

— Слушай, когда ты так замираешь…

— Эд, замолчи, — приказал император.

— Не могу, демон меня забери, ты бы себя видел! Эта девчонка под заклинанием подчинения так тебя укатала, брат, ты должен отдать ей должное. Ни в коем случае не причиняй ей вреда! Если ты на ней не женишься, то отправим её в Минхатеп. Хорошие диверсанты на вес золота, а уж девушки…

— Эдда́р, заткнись.

— Так что там со вторым правилом? — я обворожительно улыбнулась. — Вам очень идёт малиновый. Не думали о кителе такого цвета? Если ещё с перьями, то было бы просто шикарно.

— Второе правило — ты никогда со мной не споришь.

— О, этого вы могли не озвучивать! Дело в том, что у меня уже есть правило не спорить с идиотами, — ответила я и продекламировала с выражением: — «Никогда не спорьте с идиотами. Вы опуститесь до их уровня, где они задавят вас своим опытом». Марк Твен, известный в моём мире писатель.

Императора перекосило, а Эддар согнулся пополам.

— Если я прикажу, то ты будешь жить на хлебе и воде в сыром подвале до конца своих дней!

Эринар шипел, и мне стало бы страшно, если бы я не поймала злобный самоубийственный кураж.

— С удовольствием, вы же хотите использовать меня в качестве инкубатора, а всем известно, что скудное питание и проживание в тяжелых условиях способствуют зачатию и здоровому развитию ребёнка. Очень разумное решение, — я улыбнулась ещё шире. — Видите, уже забочусь и не спорю.