Верни меня, если сможешь...

— И тебе спасибо, Мария, за такого покупателя.

Сложив мой новый и старый гардероб в ровную стопочку, вира Лиса упаковала его в тонкую бумагу, и отправила нас восвояси, не переставая кидать в спину слова благодарности.

Идти по улице стало намного комфортнее, в пальто цвета спелой черешни холод даже не чувствовался. Вира Лиса не соврала: ткань ласково оберегала меня, даря тепло, и даже шапки не надо было, глубокий капюшон прятал от всех капризов природы.

— Мария, а где можно купить писчие принадлежности? — задала теперь интересующий меня вопрос.

Без возможности рисовать я долго не протяну, да и была у меня мысль одна, для которой непременно нужна бумага и карандаш. В случае этого мира — мелки или, на худой конец, чернильная ручка.

— Ой, это нужно на тот берег идти в лавку виэра Ромса, далеко это очень, но я могу попросить отца: он часто отправляет в те края посыльного.

— Это было бы здорово Мария, тогда пусть, если у виэра Ромса будут мелки для рисования, привезут и их, я всё оплачу, не переживай.

— Да не переживаю я, — улыбнулась девушка в ответ. — Вижу, что чистая Вы, немного растерянная, но хорошая, любовью светитесь к миру — к людям.

— Как же это? — раскрыв рот, уставилась на девушку.

— А вот так, людей я чувствую сразу, — смущённо улыбнулась Мария.

— Ты эмпат… — удивлённо протянула я. Надо же, я вновь оказалась рядом с эмпатом. Внутри что—то щёлкнуло, сердце сбилось с ритма что, если это не совпадение. Мне срочно нужно всё упорядочить, обдумать каждую деталь.

— Что—то случилось, Вы будто испугались чего—то? — девушка даже замедлила шаг.

— Испугалась? Нет, скорее расстроилась, вспомнив одну девушку, с таким же даром, как у тебя, она была очень больна, когда мне пришлось покинуть их дом, — поспешила пояснить, быструю смену своего настроения. — И зови меня Лия, мне будет очень приятно, так зовут меня мои близкие, но сейчас они очень далеко, а так хочется слышать родное произношение своего имени.

— Хорошо Лия, — девушка вновь улыбнулась. — Надеюсь, с той девушкой всё хорошо.

— Я тоже надеюсь, — постаралась откинуть воспоминание о последнем выкрике Валерии. — А как так получилось, что ты так легко можешь общаться с людьми, помню, Алия всегда ходила тенью за своей сестрой, почти не общалась ни с кем.

— Моя мама, пока была жива, учила находить людей с добром в душе́, настраиваться на них, отметая чувства всех остальных, ведь, даже когда злятся — эти люди не разрушают, и я вполне могу существовать.