Верни меня, если сможешь...

— Успокойся Лия, я не позволю причинить тебе вред, он больше не тронет тебя, — выставив руки вперёд в сдающемся жесте, поспешил успокоить меня Дуглас.

— А кто тронет, ты? — голос резко осип, кожа покрылась мурашками. Неужели я зря доверилась своей интуиции?

— Не за что, я никогда не трону тебя Лия, — сведя брови к переносице, он посмотрел на меня так, что сердце сжалось: сколько отчаянья было в этом взгляде.

— Зачем я ему? — щёку обожгла долгожданная слеза, призывая мокрый поток, — Что я ему сделала?

— Ничего ты ему не сделала Лия и не могла сделать, ни ты ни Мия.

— произнеся это, мужчина осел на землю и, вцепившись себе в волосы, начал раскачиваться взад–вперёд. — Если бы я знал тогда, лично бы этими руками…

Выставив руки перед своими глазами, он отчаянно завыл. И столько щемящей сердце боли было в этом звуке. Словно его медленно, безжалостно рвали на части. Подошла ближе и, присев рядом, в унисон ему закачалась, продолжая реветь. Найди нас кто сейчас, сразу бы отправили душевно подлечиться, причём в одну палату.

Хорошо свидетелями этого бессилия были лишь деревья да кустарники.

Первой из нашей стихийной истерики вышла я. Слёзы сделали своё дело: паника чуть отошла на задний план, голова стала легче.

— Так, поднимаемся и прекращаем размазывать сопли, нам ещё спасаться, — шмыгнув носом, вытерла лицо подолом платья, встала.

— Да, идём, — быстро закивав головой, Дуглас последовал моему примеру, поднялся на ноги и повёл меня дальше в неизвестность.

Единственной побочкой моего выхода из шокового состояния стало то, что я начала ощущать холод.

Одежда на мне совсем не располагала к прогулкам по почти зимнему лесу. Зуб на зуб теперь не попадал не из-за страха, а холода. И чего я не прихватила, какую-нибудь тряпку из той кучи.

— Замёрзла? — заметив, что я съёжилась, прижимая скрещённые руки к груди, Дуглас остановился. — Надень, — начал снимать с себя камзол.

— Что это, Дуглас? — почти вскрикнула, увидев огромное багряное пятно на когда-то белой рубахе мужчины.

— Ты ранен?

— Нет, Лия, я не ранен, — совершенно спокойным тоном ответил он, набрасывая на меня камзол. — Я мёртв.

— Что–о–о? — холод был забыт, глаза вновь защипало. — Неет… Вот же ты, стоишь, говоришь со мной, — разум отказывался принимать услышанное.

— Это остаточная магия, её немного, но хватит, чтобы вывести тебя отсюда, — бегло начал пояснять Дуглас, видя мою реакцию, параллельно закутывая меня в свою верхнюю одежду.