Арибелла. Последняя из рода Страут

Если повара не было здесь, значит, он прятался там, но дождаться кого-либо мне было не суждено. 

Потому что внезапно я услышала странный хруст. 

О том, что на суднах кроме команды часто путешествуют крысы, мне раньше доводилось слышать. 

Осторожно приблизившись к большому мешку с капустой, я нашла подтверждение этой теории. Странная мышь с хвостом, состоящим из белых перьев, нагло лежала на кочане кверху попой и беззастенчиво поедала светло-зеленый листик. 

На лестнице я оказалась гораздо раньше, чем мышь заметила нежданного свидетеля свой трапезы.

— Там страшная крыса ест ваши овощи! — на всех парах врезалась я в старика, вынуждая его остановиться. 

Обратно вниз мы спускались уже вместе и так же быстро. 

— Где крыса?! — требовательно спросил чей-то третий голос. 

Как ни странно, но он доносился именно со стороны мешка с капустой. 

В неверии повернув голову, я узрела непонятное нечто. С белым хвостом и крыльями, которые могли запросто принадлежать какой-нибудь птице, из мешка вынырнула морская свинка в красном платке, повязанном на шее на манер других матросов.

В том, что передо мной морская свинка, я была уверена почти на семьдесят процентов. Видела их однажды, когда купцы проходили мимо нашего острова, останавливаясь, чтобы пополнить запасы и продать товар. Среди прочих товаров как раз и были морские свинки, но совершенно точно без хвоста и пары крыльев. 

У меня рот открылся от удивления, и ничегошеньки с этим я поделать не могла. Не действовали на меня больше правила этикета.

— Ты про меня, что ли, дохлый? — возмутился морская свинка. В том, что он именно возмутился, я тоже была уверена. Мужским голосом говорил! – Я тебе не крыса, а старший и единственный кок! И я не ем, а проверяю продукты на свежесть! 

Я растерянно взглянула на Эрни, стараясь найти поддержку у старика, но тот откровенно смеялся, забавляясь и самой ситуацией, и моим пристыженным видом. 

— Прости пацана, Рич. Я, когда тебя первый раз увидел, тоже не в восторге был, — поделился откровениями управляющий.

— А уж я от тебя и подавно, старая ты телега, — отозвался морской свин, взлетая. — Ты ж мне, якорь тебе в селезенку, кастрюлю с супом спьяну перевернул. 

Я просто стояла в шоке и в разговор не вмешивалась. Морская свинка – кок! 

— Чего встал? — окликнул меня пернатый, цепляясь задними лапами за веревку, что тянулась от одной стены до другой. — Садись картошку чистить, доходяга. И давай поживее.