Единственная для невольника

— Эка ему не подфартило, если вдуматься. А ведь мужчины-рабы — огромная редкость. За ночь с таким красавчиком некоторые дамы готовы разориться.

Как-то неприятно было всё это слушать, словно Ветра пытаются измазать грязью. Мне плевать, что с ним не так. Он принадлежит мне и станет моим хранителем! Я выхватила личное дело и положила его на стол, пресекая дальнейшие обсуждения.

— Алиса, а ты не планируешь использовать его по назначению? — спросила Джоанна. — Если он обучался этому, то прикинь, сколько всего умеет?

Матушки, конечно, нет! У девочек богатый опыт — хм — во всех сферах.

Но у меня не то, что раба постельного не было; даже обычного мужчины. Ну а куда спешить? После инициации да с любимым человеком — самое оно.

— Вероятно, он будет моим хранителем. Но уж точно не первым мужчиной.

— Ах, точно, ты же скромница. — Джоанна хлопнула себя по лбу так, будто совсем забыла.

— Ну и зря, — поддакнула Елена. — Попробовать впервые с таким экземпляром — это даже любопытно.

— Полностью согласна, он же вознесет тебя к небесам.

— Всё равно не могу понять, как же это… испытывать боль, — я закусила губу. — Я же его сегодня коснулась. А он так дернулся…

Елена пожевала губу, а Джоанна с волнением сказала:

— Давайте проверим, правда это или домыслы. А то вдруг он нормальный, просто придуривается. Заодно поучим покорности. Позови его вечером в комнату для наказаний.

— Зачем? — вспыхнула я.

— Алис, ты пойми, для каждой категории рабов разработаны свои виды наказаний.

Это боевые воспринимают кнут, а он… ну… сама увидишь. Гарантирую, он потом тебя уважать будет похлеще, чем остальные.

— Только обещайте не бить его.

— За кого ты нас принимаешь, — фыркнула Джоанна. — Какое бить. Посмотрим, что у нас за сокровище такое, и всё на этом.

Я нехотя согласилась. Скорее ради того, чтобы девочки от меня отвязались.

С другой стороны, они ведь опытнее. Знают, как воспитывать рабов.

Почему тогда так не хочется отдавать им Ветра?

Ох, бесы!

Раньше в комнатах для наказаний мне бывать не доводилось.

Своих рабов не имела, а смотреть за тем, как пытают чужих — сомнительное развлечение. Впрочем, так считали далеко не все. Некоторые аристократы устраивали из этого целое представление, собираясь компаниями, выпивая и вкушая яства.

Ужасно, не правда ли?

Но так было принято с древности.

Под такое дело в гимназии был отведен целый цокольный этаж. Я открыла дверь одной из комнатушек и невольно поежилась.