Графиня из другого мира

— Это потому что в столовой принимают пищу только члены семьи, а когда приезжают гости, то обеды проходят в бальном зале. Чтобы приготовить на всех, нужна не одна кухарка, поэтому и кухня такая большая, — объяснила бабуля и указала на дверь напротив входа. — Там кладовые. Влево ведет коридор к провизии, а тот что справа - к складам с посудой, тканями, постельным бельем и хозяйственным принадлежностям. Оттуда же можно попасть на этаж так, чтобы не проходить через столовую.

— Кто обычно готовит? — в моем представлении бабушки - это те самые люди, которые живут у плиты.

Пирожки, супчики, кашки, и это постоянное: “Ты не голодна?”

— Хавьер, конечно, — бабуля ответила с таким видом, словно я сама должна была догадаться.

Бабушка Марья ломала стереотипы.

— Так, вроде все показала. Дровяник и котельную тебе смотреть не обязательно, всем этим занимается Хавьер.

— А как замок отапливается?

— Камины и паровое отопление. Спасибо моему мужу, перед смертью успел провести трубы да установить котел, а то раньше совсем туго было, особенно зимой.

Хотя и летом в каменных стенах не шибко жарко.

Она была права, воздух в замке прохладный, но вполне комфортный. Правда, кто знает, какая температура ночью или в сезон дождей.

— Кабинет, от которого я дала тебе ключ, находится в моих покоях. Во всех других тоже есть, обустроишь под себя. Ну все, внученька, краткий экскурс я тебе провела, а теперь мне пора собираться. Хавьер, подготовь экипаж, отвезешь меня в порт.

— Ты уже сегодня уезжаешь? — не то чтобы мне хотелось подольше побыть с бабушкой, которую я никогда в жизни не видела до сегодняшнего утра, но оставаться в чужом мире одной совершенно не хотелось.

Марья была с Земли, хоть и наверняка уже забыла об этом, потому что не задала ни одного вопроса о судьбе землян. Может, там планета уже вымерла? А может, мы переселились на Марс? Нет, Марью вообще это не интересовало.

— Я ждала этого дня много лет, так что да, я уезжаю прямо сейчас. Только чемоданы соберу.

— Ты давно живешь в этом мире? — я начала задавать вопросы, чтобы оттянуть ее отъезд.

— Дай-ка вспомнить… Давно, Алиночка, давно. Сколько лет точно уж не вспомню. А тебе-то сколько уже годиков? Выглядишь, конечно, молоденькой, как только умудрилась помереть.

— Двадцать восемь. Было бы двадцать восемь через месяц.

— Что случилось-то, помнишь?

— Примерно. Пошла в ванную воды попить, поскользнулась на плитке и упала. Подозреваю, что ударилась затылком.

Я усмехнулась.