Филипп Лунин и драконье училище

Казалось, даже наверху всё замерло — или мои мысли были просто полностью сосредоточены на выполнении другой задачи? Так или иначе, а казалось, будто есть только я, да ещё радостное волнение из недр сундука, где лежали книги.

Я поднялся на ощупь, не отрывая взгляда и сосредоточения от мухи. Подошёл к ней. Провёл по воздуху ладонью, ощущая странное желание дёрнуться… быть может, даже подпрыгнуть в воздух, умчаться прочь.

Ох, ёлки… а моё ли это? Или… мухи? Там, в книге, об этом говорилось…

Надо довести до конца.

Я решительно дунул на муху, предварительно стискивая свою волю ещё сильнее.

Так это… это работает? Книга — не выдумка? Магия существует?

От потрясения сжатие моей воли ослабло, и муха тут же зашевелилась.

— Замри!!! — прорычал я вновь, до боли прикусывая руку и вновь меча вперёд мысль — всё застыло, ничего не движется, ничего не чувствуется.

Такое движение воздуха — а я подался вперёд, пусть и слабо, но всем телом, — заставило бы в норме муху тут же рвануться прочь.

Я глубоко вздохнул, чувствуя нарастающее в груди пьянящее торжество. Передо мной открывались практически бескрайние перспективы. Оставалось только последнее уточнение.

Я поднёс руку к мухе и коротко прихлопнул её, чувствуя последний отчаянный всплеск инстинкта — и смыкание моей воли вокруг пустоты. Так вода смыкается над канувшим в неё камнем. Всё, как было описано на страницах древнего фолианта.

— Вау, — неуверенным, подрагивающим от страха и возбуждения одновременно голосом произнёс я, оборачиваясь к сундуку. — Так я… я — маг? Я могу… чародействовать?

Нечего и говорить, что после того, как удалось справиться с буйством чувств, я немедленно, с величайшим тщанием, вытащил из сундука все книги до единой, перенёс к выходу, после чего, благословляя мамино поручение по дороге домой заглянуть в магазин, бережно сложил добычу в большую сумку. Следы же пребывания в подвале я постарался затереть — во всяком случае, размазать платком в неясность отпечатки пальцев.

* * *

Вновь выныриваю из воспоминаний, с улыбкой раскладывая на облюбованном нами диванчике один фолиант за другим.

— Вот этот — вроде определителя и введения, — указываю я по очереди на древние тома. — Этот — по ментальной магии. Этот — по спиритизму, они взаимосвязаны. Этот — по некромантии. Этот — по ведьмовству. Этот — по благословениям и проклятиям.