Капелька Солнца

Но мне отчего-то не хочется ей подражать. Впервые я не пытаюсь подстроиться. Не изображаю из себя невесть кого.

Просто терплю. И работу на скотобойне. И этого мужлана, что орёт через слово. В койку ко мне не лезет - и то хорошо. Остальное переживу как-нибудь.

За тяжёлой работой некогда думать. Некогда страдать. Зато по ночам времени предостаточно. И тогда накатывает тоска. А сон всё не идёт. И я… начинаю себя жалеть. Понимаю, что это глупо и бессмысленно, но оно как-то само собой получается.

И Кай не выходит из головы.

И можно ведь вернуться. Бросить здесь всё и просто уехать. Никто даже переживать не станет. Но как подумаю, что он увидит меня такой…

Нет, он, конечно, не оттолкнет. Примет. И домой наверняка привезёт. Но смотреть, как прежде, уже не будет. Не будет обожания, восхищения. Той прежней нежности во взгляде. Как можно питать нежность к этому бесформенному, грубому нечто, в которое я превратилась. Я сама себе противна, а уж ему будет и того сложней. И всё, на что я могу рассчитывать – лишь на жалость.

Я ведь и сама жалею себя, если же это будет делать ещё и он, то это окончательно меня сломает. Не останется больше сил. Чтобы жить. Чтобы верить. Нет, не верить даже, но надеяться, хотя бы самую малость, что когда-нибудь всё переменится.

А уж если узнает, что муж поднимает на меня руку… беды не миновать.

Так прошла неделя-вторая. А я даже письма не написала. Не смогла.

А ведь он ждал. Наверняка ждал. Изводился неопределенностью. И, возможно, затаил обиду. Я знаю, это было жестоко.

И совесть грызла изнутри, стоило представить, как Кай проверяет ежедневную почту и не находит там желанной весточки.

Но ведь это моё бремя. Только моё! И он не должен мучиться. Это несправедливо. И, наверное, ещё более жестоко, чем отсутствие писем. Не знаю, откуда пришла эта мысль, но в какой-то момент я вдруг ясно поняла, что лучше оставить всё, как есть. Что я не могу вынуждать его гоняться за мной по всей империи. Тратиться на разъезды. Терпеть чужих людей, что неизменно меня окружают.

Заботиться о теле, в котором я оказалась. Каждый раз выкладываться на полную, зная, что всё это временно. Что потом придется вновь начинать сначала.

Это как бег по кругу. Круг неизбежно замыкается – и ты вновь возвращаешься на исходную.

А он должен двигаться дальше. Пусть и без меня.

- Пошевеливайся. Чего стоишь? – раздраженный мужской голос вырвал из мыслей, что стали одолевать меня даже во время работы. Муж больно пихнул локтем, и я зашипела сквозь стиснутые зубы.