Вестники. Том 2

Никто не говорил об ещё одной смерти вестника.

Даррелл со злостью сжал кулаки. Это неведение мучило его больше всего. Если бы он увидел её... Если бы у него была возможность хотя бы забрать тело... Но Лотфи даже этого не оставил. Призрачная, тонкая надежда, побуждённая невозможностью удостовериться в смерти любимой, разрывала его на части.

Но не только Даррелла мучило это неведение. Он видел ту же надежду в глазах Пеймлии и даже Эдвина, хотя тот старался скрывать свои эмоции.

После бесплодных трёхнедельных поисков Даррелл с друзьями вернулись в Лондон.

Тогда они наведались в особняк, где все было перекурочено после пожара. Пеймлия начала говорить о ремонте, о том, как можно всё исправить, и тогда Даррелл сдался.

— Я уезжаю, — внезапно сказал он посреди фразы Пеймлии.

Девушка так и застыла с поднятой рукой. Эдвин подошёл ближе.

— В смысле? — не понимая, о чём речь, спросила Пеймлия.

— Я уезжаю. Не могу находиться здесь, — Даррелл направил взгляд вперёд.

Только смотрел он не на обгорелые стены, а в прошлое.

Тогда, когда в этом доме было светло не потому что светило солнце, а потому что рядом была Али. Сейчас же он не представлял, как оставаться в этом месте, где они были с ней счастливы.

— Особняк я оставляю на вас. Если не захотите заниматься всем этим, просто закройте его.

Даррелл уже накидывал куртку, когда Пеймлия поспешно подошла к нему.

— Ты же вернёшься? — стараясь сдержать подступившие слёзы, спросила она.

Девушку раздирали противоречивые чувства. Она не хотела отпускать друга, особенно в таком разбитом состоянии.

Эдвин стоял позади, опустив голову. Он не мог, как Пеймлия, в открытую показать, что уход Даррелла тоже причинял ему боль.

— Я не знаю, — с горечью ответил Даррелл и стремительно покинул дом.

Только поздно вечером он понял, куда хотел бы поехать. Даррелл вернулся в Бат и на окраине города снял небольшой домик. У него здесь имелась своя недвижимость, но сейчас он не желал появляться там, где что-то ему было знакомо. Дарреллу хотелось быть в месте чистом от воспоминаний.

Он оглянулся на небольшую комнату, в которой находился. Косой потолок мансарды с тёмными балками, узкая кровать у стены, деревянный стол со стулом и комод у двери. Это всё, что занимало небольшое пространство комнаты. Не сравниться с убранством особняка.

Даррелл снова уставился на начатое письмо. И его опять прожгла злость — единственное чувство, которое заставляло двигаться. Он скомкал бумагу и отбросил. Но над посланием Али рука зависла.