Змея и Ворон

«Я особенный и неповторимый», – говорил весь его вид.

Александра ничего не имела против. У неё отлегло от сердца сразу же, как только она поняла, что отец не солгал, и что парня она действительно первый раз в глаза видит. Конечно, это ужасно, но… его участь не вызывала в ней слишком большого участия.

– Так-так-так, – рассмеялся Эссус таким довольным, искристым и лёгким смехом, что его хоть в бутылки разливая вместо шампанского. – Какой прелестный сюрприз! Рад тебе, милый, как десерту после унылого вечера. Но и потеху ты мне тоже испортил.

Молодой человек поднял голову. Александра, как зачарованная, смотрела на то, как он облизал пересохшие губы кончиком языка. Встретившись с ней взглядом он улыбнулся и улыбка была порочной, словно приглашающей с ним разделить… что?

Александра нахмурилась.

– Ты этот смех отрабатывал? – отозвался пленник, добавив в голос максимум холода. – Или он у тебя от природы?

– Нравится?

Эссус склонился к пленнику чуть ниже и Александре вдруг сделалось неудобно и стыдно, словно она застала их за чем-то интимным, не совсем приличным.

Подняв бледную руку с длинными пальцами Эссус медленно вытер кровь с губ молодого человека, растирая их между ними, словно ценный нектар.

– Возможно, ты насладишься моим мелодичным смехом ещё не раз. Но прежде, чем мы приступим к самому интересному, скажи мне: ты настолько глуп или смел, чтобы самому лезть в пасть к ядовитому змею?

– Я слишком устал от общения с вашими коллегами.

– Тихо, тихо, не спеши, – Александре сделалось не по себе от той тьмы, что плескалась в глазах Эссуса.

Казалось, что они и в самом деле потемнели от жажды, весьма похожей на похоть, но… ведь он не мог? Она же стоит рядом? Не настолько же он порочен? К тому же никто раньше не упоминал о неправильной ориентации Чёрного Змея. Как ей расценивать то, что она видит?

– Мы не будем спешить, ведь так? Я люблю растягивать удовольствие.

– Так зачем же дело стало?

Александра замерла, не веря своим глазам, но… но когда отец улыбнулся, она увидела, как розовой пламя играет на его клыках. Змеиных или вампирских, но, определённо, не человеческих!

Да и улыбка Эссуса ничем человеческую не напоминала – оскал хищника, оскал демона, ледяной и жестокий.

– Ты ведь не скажешь мне добровольно, где моя любимая книга?

Лицо пленника сделалось непроницаемым, как мрамор.