Змея и Ворон

Тело, если хочешь, чтобы оно оставалось в форме, должно двигаться. Иначе станешь жирной жабой. Не злоупотребляй едой и малоподвижным образом жизни, – подмигнул ей отец, протягивая руку в приглашающем жесте. – Дамы – вперёд.

Александра покорно вышла.

В тёмном коридоре гуляли сквозняки такой силы, что занавески колыхались.

– Неужели нельзя поставить нормальные стеклопакеты? – поёжилась она от холода, обнимая себя руками. – Смысл обладать могуществом, если в повседневной жизни приходится дрожать от холода.

– Я люблю прохладу.

– Ага. И пыль с грязью, судя по состоянию предметов вокруг.

– Хватит, дочь! – возмутился Эссус, притормаживая.

Но она чувствовала, что он не сердится. Происходящее его только веселило.

– Я разрешаю тебе тут поправить всё, что сочтёшь нужным, кроме защитных чар, разумеется.

– Я что? Домовой эльф?!

– Нет, ты великий критик. Прежде, чем начнёшь критиковать меня в следующий раз, помни, что это может закончиться новым поручением. Ну, всё, пошли уже, пока мои «умные» и «находчивые» прислужники в припадке очередного ненужного усердия не прибили моего пленника до того, как я получу от него нужную мне информацию.

– Я… я его знаю?

– Ты переняла дурную манеру заикаться. Про кого ты спрашиваешь? Про моего пленника?

Александра молча кивнула.

– Прости, у меня нет полного досье на весь круг твоих знакомых. Только на самый близкий. Так что, возможно, где-то и пересекались.

– Это Кристиан?

Эссус, не сдержавшись, закатил глаза:

– Нет, моя дорогая.

– А что вы хотите от вашего пленника?

– Информацию. По-моему, уже говорил.

– Какую информацию?

– Да ты мастер допросов! – усмехнулся Эссус. – Этот скучный менторский тон раздражает не меньше равномерно падающих на макушку капель. Хочу найти пропавшую семейную реликвию.

– У нас такая есть?

– Куча. Но это особенная.

– Что же это за реликвия такая?

– Некрономикон. Слышала о такой книге?

– Что? Правда?

– Вру, конечно, – съязвил Эссус. – Конечно, правда. Пока я находился взаперти моей второй формы, какая-то наглая девчонка спёрла мою любимую сказку на ночь, и я теперь плохо сплю. Мне снятся всякий разные ужасы, которые без Некрономикона я не могу контролировать.

– Но ваш слуга говорил о пленнике, а не о пленнице?

– Да.