Пятьсот оттенков фэнтези

– Здравствуй, брат, – в зал вошел еще один их названный родственничек, первые его слова были обращены к Леонарду. – Здравствуйте, братья, – добавил он остальным, сидевшим за столом.

Вновьвошедший наклонил голову, отодвинул волосы и показал всем знак на своей шее, точно такой же, как и мелькающий на подвижной картине – два кружочка, перечеркнутые двумя линиями.

– Садись, брат! – изрек Леонард.

Говорила же, что во всех тайных обществах глупые приветствия, будто-то бы не признали они его без этих рисунков на шее.

Но гораздо больше меня интересовало другое, Леонард в бордовой гостиной искал на моей шее такой же знак, или же думал, что я принадлежу к другому сообществу. Впрочем, ответ на этот вопрос я так и не получила.

И вот песочные часы, проступившие на мониторах, высыпали свои последние песчинки и отразились цифры 00:00.

Леонард величественно поднялся, его мантия тихо шуршала от каждого движения.

– Братья, ни тьма и ни свет, ни добро и ни зло! – Его голос был таким завораживающим, что значение слов терялось где-то, не доходя до сознания.

Да впрочем, и зачем оно это значение, будто я никогда раньше не подслушивала, что говорят на тайных собраниях, везде одно и то же. – Собранные здесь тайные знания, не покинут эти стены. Тайный совет ордена Занозы никогда не предаст свою веру.

– Заносцы будут верны ордену! – ответили остальные, на которых мне вовсе не хотелось обращать внимания. Да и название их ордена прямо скажу, не очень. Наверняка основатели отличались извращенным воображением, и даже представляли, где именно находится их символическая заноза.

– Много сотен лет орден Занозы защищает наш мир, и еще много сотен лет будет защищать его, – продолжил Леонард. – Когда-то наши предки стали хранителями тайных знаний, и мы с честью продолжим их дело.

– Заносцы будут верны ордену! – сказали остальные.

– Каждый раз, когда над миром нависнет угроза, мы встанем на его защиту, – сказал Леонард. Хоть точно такие же слова, мне удавалось подслушать и в своем мире на тайных сходках, но прекрасный голос Леонарда делал все сказанное каким-то особо таинственным и величественным.

– Заносцы будут верны ордену! – в третий раз сказали остальные. В ходе любой тайной церемонии любого тайного ордена, особенно значимые фразы повторяются три зраза, тут уж ничего не поделаешь.

Не спорю, из-за того, что мой взгляд упорно переводился на Леонарда, я не сразу поняла, что остальные собравшиеся за столом, принялись совершать какие-то странные движения.