Да здравствует королева

– Мастер, не заставляйте меня повторять дважды, – нахмурился горбун, затем повернулся к Филиппу и поклонился, – прошу вас граф.

Конвой довел Эсеритена до дверей кабинета, после чего, повинуясь жесту толстяка, остался снаружи. Филипп шагнул внутрь, и дверь за его спиной закрылась.

Анна-Виктория сидела в своем кресле и, хмурясь, что-то внимательно читала. Периодически девушка делала пометки в тексте карандашом, после чего недовольство на ее лице только усиливалось. Простое темно-зеленое платье с белым воротником и манжетами освежали личико девушки, придавая ему еще более юный вид.

Впрочем, отметил мужчина, королеве куда больше пользы принес бы длительный отдых. Синяки под глазами, заметные даже под слоем пудры, красноречиво свидетельствовали, что на сон у нее времени практически нет. Наверное, секретарь отбирает документы, а нянька с боем загоняет в постель.

Светло-русые волосы были убраны в косу, только несколько прядок выбились из прически и постоянно норовили попасть в глаза. Девушка резким движением откинула их назад и заметила рассматривавшего ее графа.

– Простите, я не заметила, что вы уже здесь, – поспешила извиниться она.

– Настолько интересное чтение? – кивнул на папку Филипп.

– Безумно, – Анна-Виктория со стуком бросила документы на стол. – И вызывающее огромное количество вопросов к тем, кто его готовил, – было видно, что девушка с трудом сдерживает ярость. – Так бы и разогнала всех этих работников дыбы и топора, если бы было кем заменить. Кажется, за последние десятилетия они утратили свои навыки в дознании.

Только и могут, что пытать. А под пыткой любой признается во всех грехах со дня создания нашего мира, не только в том, в чем обвиняют.

– Думаю, что всецело разделяю ваше мнение, – граф передернул плечами и поморщился. Веревки впивались в руки.

Девушка нахмурилась, заметив его жест. Потом нагнулась, что-то разыскивая в нижнем ящике стола. Когда она выпрямилась и подошла к Филиппу, в ее руке был кинжал. Граф с первого же взгляда понял, что перед ним не детская игрушка, и не стилизованный нож для бумаг, а самое настоящее оружие.

Мелькнула мысль, что доставили его в этот кабинет с одной целью – королева решила лично казнить его.

Между тем, Анна-Виктория, не обращая внимания на замершего мужчину, обошла его, и Филипп почувствовал прикосновение холодных пальцев. Несколько секунд, и веревки, перерезанные острым кинжалом, упали на пол. Девушка вернулась на свое место и убрала оружие обратно в ящик.