Охота на королеву

Прежде люди тоже имели своих адхи и адха, и всегда чувствовали друг друга, но глупые, беспечные законы Богини всё сломали, нарушив равновесие. Я всё узнал о той женщине, кстати.

Я встрепенулась.

- Что ты узнал? Расскажи скорее, - мне не терпелось узнать больше о Милаве.

Эльф улыбнулся мне, глядя мне прямо в глаза.

- Знаешь, что теперь будет? – он ответил на мой предыдущий вопрос, отпивая из кружки. - Ты станешь моей женой на всю мою долгую жизнь. Адхи эльфов везёт больше всех, ты проживешь длинную и счастливую жизнь, равную моей.

В этом, конечно, есть и отрицательная сторона – умрём мы в один день, потому что друг без друга адхи и адха не проживут ни дня. Но это будет очень нескоро, - он был задумчив, но умиротворен. – Мы соединим наши судьбы в одну уже в Сидхе. Мне кажется, что это будет несправедливо – лишать моих родителей такой радости – видеть, как их сын сочетается союзом со своей адхи, это очень большое событие!

Я улыбалась, слушая его, словно растворяясь в его словах, мыслях и чувствах.

- А узнал я вот что, - он поставил кружку на стол, и пересадил меня с лавки к себе на колени. – Эта женщина – твоя сестра-близнец.

Я удивленно замерла, не зная, что тут и сказать.

- Но проблема не в том, что вы дети одних и тех же родителей. Я тут выяснил ещё кое-что, - он вздохнул и уткнулся носом мне между лопаток. – Твоя мать – моя родная сестра, которую Богиня забрала в обмен на первого Зарю.

Я встала, больше от неожиданности, и от моего резкого движения Анарендил тихонько засмеялся, разомкнув руки.

- То есть, - я задыхалась от осознания того, что происходило между мной и эльфом, - то есть! – уже почти выкрикнула я от бессилия. – Ты – мой дядя?!

Эльф улыбался. Он встал, медленно подошёл ко мне и обнял мне руками за плечи, притянув к себе ближе.

- А вот тут нужно сделать паузу, моя дорогая адхи, - он всматривался в мои глаза – совершенно спокойный. – Верховная – не твоя мать. А Флавиан – не твой отец.

- ЧТО?!! – только и смогла воскликнуть я. – Это как же так?

Конечно, это отчасти меняло дело.

Он притянул меня к себе.

— Вот так, да. Очень часто случается так, что твой мир – совсем другой, не такой, как ты привыкла видеть. И отчуждённость Верховной – не просто блажь, она действительно ничего не испытывала к тебе материнского – лишь сострадание женщины, которая спасла ребёнка умершей женщины.

- Кто же тогда мои родители? – жалостливо проговорила я, садясь на лавку и закрывая лицо ладонями от ужаса, смешанного с удивлением.