Охота на королеву

Он был уже одет, волосы завязаны в пучок, а лицо прикрыто капюшоном длинного плаща, наверное, чтобы не привлекать внимания.

- Анарендил, - склонила я перед ним голову, боясь смотреть ещё раз. Я была одновременно рада его видеть и хотела сбежать скорее, чтобы не обозначать и не раскрывать свои чувства.

Он поднял мою голову, осторожно схватив меня за подбородок.

- Ты боишься, - констатировал он и вдруг ободряюще улыбнулся. – Я с тобой, моя адхи.

И тут дежурный по порталу сказал:

- Следующий! – я шагнула назад, но эльф не отпустил меня, перехватил меня за руку.

- Я плачý, - он протянул дежурному монеты, которые достал из складок плаща, и шагнул вместе со мной в портал. Мы вышли в портале Стагили, и молча отправились в сторону моей избушки.

Я шла молча, на шаг впереди эльфа, избегая его внимательного взгляда. Анарендил просто смотрел на меня, не пытаясь заговорить, но за руку продолжал держать очень крепко.

Один раз я обернулась, и увидела, что он идёт абсолютно спокойно, словно гуляет со мной по улочкам вечернего города.

- У меня просто длинные ноги, - пожал он плечами в ответ на мой вопросительный взгляд. – Я просто иду за тобой, Гли.

Он улыбнулся, и мне вдруг стало так светло на душе, что я запнулась и едва не упала. Анарендил поймал меня, обнял и прижал к себе.

- Чего же ты так боишься, моя дорогая? – я подняла на него глаза, и смутившись, спрятала лицо на его груди в складках плаща. – Пойдём в твой чудесный домик, попьём отвара и поговорим.

Я кивнула, отстраняясь, но окончательно отстраниться эльф мне не дал. Он обнял меня за плечи, и так мы и пошли, вместе, уже медленно, действительно прогуливаясь, как самая настоящая пара.

Мы добрались до опушки леса, когда сумерки уже совсем сгустились, и эльф, не пропуская меня первой в дом, оттеснил меня, и зашёл вперёд меня.

- Так положено, - кивнул он мне. Анарендил разулся, развязал тесёмки своего плаща и скинул его на сундук, а потом снял у меня с шеи Уголька, который прикидывался очень красивым и пушистым воротником, погладил его по спинке, и положил поверх своего плаща.

Он подвел меня к кухонному столу, усадил на лавку, а сам, будто всегда здесь жил, привычным движением снял с полки на стене две кружки, сорвал несколько листиков мяты, лугового белоголова и лаванды, покидал всё в кружки, и одним легким движением разжег огонь в очаге.