Король моих мыслей

В последний раз всхлипнув, я заставила себя дышать глубоко, промокнула слёзы и дрожащими руками взяла кружку с остывшим чаем. Профессор пересел на прежнее место и разлил остатки чуть тёплого напитка из чайника.

– Спасибо вам, профессор, – я держала кружку обеими руками, словно грела ладони. Но на самом деле мне просто хотелось найти какую-нибудь опору, хоть что-то, что дало бы силы идти дальше. Я сейчас понимала, что разговора не избежать. Невозможно игнорировать приказ Короля явиться к нему. Тем более это смешно делать на закрытой территории Института, где меня караулят Его стражи.

Мне некуда идти, а значит, придётся к следующей встрече возвести щиты, какие только смогу, обуздать эмоции и вести себя ровно. Что ещё я могу?

– Вы приняли решение, леди? – профессор, как всегда, был проницателен. Я слабо улыбнулась.

– Да. Спасибо, профессор, вы правы. Я встречусь с ним.

– Вот и замечательно. Лекарь сказал, вас освободили от самообороны на сегодня. Но, на вашем месте, я бы не стал пропускать тренировку.

В молодости занятия всегда помогали мне собраться с мыслями.

Прислушавшись к себе, я поняла, что теперь я в силах заниматься. Взглянула на часы и ахнула – до тренировки осталось совсем мало времени.

– Тогда я пойду, профессор, – я встала, и принялась составлять посуду на поднос.

– Оставьте, леди, я сам уберу. Бегите, негоже опаздывать, – улыбнулся профессор Джозеф.

– Спасибо! – подхватив сумку, я помчалась по коридору. Слёзы ушли, а принятое решение придавало сил. Сделаю, что смогу, и будь что будет.

Интересно, кто же всё-таки ставил профессору щит?

Леди Виктория поинтересовалась моим самочувствием, так как ей уже доложили, что я не могу заниматься. На что я ответила, что чувствую себя превосходно, и более того, тренировка мне просто необходима. Леди улыбнулась, сказала, что ей знакомо это чувство, и предложила начать с общей разминки.

Вечером в комнате меня ждали два послания. Почерк Григория я легко узнала, и лишь пробежала глазами строки. Опять отрывок из любовной баллады, с поцелуями и объятиями.

Я уже давно решила, что хранить подобные записки мне ни к чему, и сжигала их в камине в библиотеке. Кроме того, к письму была приложена ярко-розовая лента для волос или браслета. Я продемонстрировала подарок Сане, и с удовольствием наблюдала, как брови подруги ползут вверх:

– Это что за поросячий цвет?!

На следующий день ленту я отдала служанке для её младшей дочери, и женщина была благодарна за безделушку.