Аltera pars

У Бога Смерти, в конце концов. Какой толк иметь столько влиятельных знакомых, если не можешь попросить у них помощи? Пора научиться это делать, Лиса. Но как это сделать, когда веры к ним и не было никогда.

Кому я могу довериться? Заре? Непонятно. Ивритам? Не знаю. Богу Смерти? Не уверена, не сейчас. Ректор? А надо ли ему это? Нужна ли ему моя вера? Нужна ли ему я?

Кому вообще в этом мире нужна я, а не моя сила, книга или ещё что-то? Никому, скорее всего. Даже брату.

Я закусила губу, пытаясь сдержать слёзы.

Ну же, Лиса, сейчас не время унывать, ты чего.

Потом поплачешь, сначала надо решить проблемы.

Я хлюпнула носом и решительно уставилась на годы жизни сестры моей мамы.

Она прожила около 500 лет. Долго, но для этого мира не очень. Умерла она, предполагаю, в тот же год, что и мама. Значит, и моей маме на самом деле было 500 лет. Или 501. Смотря кто из них был старшим.

Вильиния умерла в 62001 году. По идее, не так давно. Вроде. Значит, сейчас точно 61 тысячелетие. Интересно, а кто в это склепе самый древний? Кто является предком, давшим начало моему роду? Если мне не изменяет память, то это должны быть либо те двое возлюбленных, изменивших ход истории, либо их дочка, кому была дарована книга.

Я ещё раз взглянула на девушку, улыбнулась ему, понимая, что это не живой человек, а всего лишь статуя, и пошла дальше. Искать желаемое.

И я ведь нашла.

Спасибо цветам, которые росли таким образом, что привели к самой красивой, бесспорно, статуи в этом месте.

У каменной девушки единственной было платье соткано из самих цветов, когда как у других моих родственников, застывших в виде камня, цветы лишь оплетали подножия, не касаясь их самих.

– Тиаэль Эиан, – прочитала я, отодвинув цветы в сторону. – Ого, как давно ты жила на этом свете и как мало...

Я отпустила цветы и разогнулась.

Девушка прожила всего 33 года. По сравнению с другими это было катастрофически мало.

40400– 40433. Таковы были её годы жизни.

Я долго смотрела на лицо девушки и удивлялась. Она была прекрасна, такая нереальная красавица.

Понятно, почему бог Жизни влюбился в неё. Удивительно, как это ещё Акрист-то мимо неё прошёл. Девушка была чудо как хороша. Этакое ожившее олицетворение красоты. Жаль, что статуя была вся сделана из белого камня, я бы хотела узнать, какого цвета были у девушки глаза и волосы. Рыжие? Её ли это наследие?

Я ещё какое-то время рассматривала красавицу, мысленно пожалела её и полезла капаться в цветах, пытаясь найти её надгробие снова.