Аltera pars

Интересно, а вообще кто-то, кроме меня, может так веселить этого титриона? Так, чтобы его смех был не фальшивкой, а искренним?

– На самом деле вначале, когда я только узнал, кто ты для меня, я всеми силами противился нашей связи (ты была ребёнком, да и я не очень хорошо относился к этому «правилу половин»), позже обстоятельства вынудили признать эту связь, впрочем, это было лишь номинально, для твоей безопасности, а потом я встретил тебя уже взрослую и снова задумался о том, чтобы разорвать связь, однако позже, наблюдая за тобой (а я, буду честен, часто это делал, уж больно ты была бедовая), я, наконец, понял, что такое половина, понял и вспомнил, что такое любовь.

Услышав последние слова мужчина, я тяжко вздохнула и уныло проговорила:

– Возможно, это все и не ваши чувства, а лишь магия.

Ректор сиюминутно отреагировал на мой комментарий.

Он снова взял моё лицо в свои руки и произнес то, что заставило меня поверить:

– Я люблю тебя, Лиса.

Он не врал.

Я это видела. Потому что была титрионом. Потому что тоже любила. Может быть, не так сильно, может быть, не так ярком, не так долго, не так красиво... и ещё много вариантов «не так». Не так, как у других. Но мы и не другие! Мы это мы, как бы глупо это не звучало.

Мы предназначены друг другу, мы идеальная пара, а это что-то да значит. И я хочу попробовать. Попробовать построить наше долго и счастливо.

Нет, это не значит, что я сейчас же побегу в ЗАГС (или что тут у них за него?), а сразу после примусь рожать тебе.

Нет! Я хочу попробовать... Ну а дальше посмотрим.

– Я стану вашей половиной, – уверенно произнесла я.

Однако, видимо, недостаточно для мистера ректора.

– Ты уверена, Лиса? Обратного пути не будет.

Ну вот, настал мой черёд хватать лицо мужчины.

– Если бы не была уверена, не предложила бы, – ответила я. – И вообще, пора бы нам уже наконец определиться окончательно с нашими отношениями и не изображать непонятно что! Мы ведь путаем не только других, но и себя самих!

Вот теперь ректор впечатлился, ага, и вознамерился стукнуть меня по носу, опять!

– Ну уж нет! – рыкнула я и примкнула губами к губам ректора, чудом только не выбив тому зубы.

Мужчина опешил. Ровно секунду длилось такое его состояние. Потом уже опешила я, так как не ожидала такого напора и жадности.