Аltera pars

Холодный.

Пока брат переглядывался с богиней и венценосным незнакомцем, я отдала стакан Спэрентии, та его силой мысли подогрела и аккуратно передала мне, умудрившись заодно наклониться и шепнуть на ухо:

– Он успокаивающий.

Я чуть приподняла бровь, но из стакана все же отпила, после чего сказала:

– Я жду.

Слово взяла Богиня Нори:

– Мы пришли к тебе с просьбой, – голос девушки звучал как песни ангелов. Настолько он был идеален, столь же идеальна была и внешность, но имелось также кое-что в ней, что меня смущало.

– И что же вы хотите? – чисто из-за интереса спросила и снова отпила из стакана.

Простите, но выполнить желаемое я не была готова даже ради брата. Вот если они скажут мне правду, тогда я, может, и подумаю.

– Отдай нам артефакт, – наконец озвучила желаемое Богиня и посмотрела на меня выжидающе, словно пыталась в душу заглянуть.

Ну я её расстрою, у меня нет души, только Хаос, что внутри, что в жизни.

– Должна вас расстроить, – пожала я плечами, – у меня его сейчас нет.

Я огляделась по сторонам, не нашла желаемого и посмотрела на Спэрентию.

Все почему-то смотрели на девушку.

Демонесса повернулась к нам с миской печенья наперевес и хитро улыбнулась.

– Я так понимаю, что вы не скажете мне, зачем вам вдруг понадобилась книжка моя?

Вместо ответа я получила абсолютную тишину, грозящую вот-вот взорваться криками. Брат вот мой точно был не прочь поорать. И где только силы находил, чтобы сдерживаться?

– Ну ладно, тогда я вам ничем не могу помочь.

– Лисабэль, послушай, это очень важно для мира... – попыталась вернуть к себе внимание девушка.

Она даже за руку меня схватила, когда я мимо проходила.

А вот это она зря!

– Не трогайте меня, – тихо и спокойно сказала я.

Богиню почему-то не проняло. Зато вот брата – да.

Он шагнул к девушке и сказал:

– Нори, не надо.

Девушка все ещё цеплялась за мою руку.

Выдохнув достаточно громко, я выдернуть руку и повернулась к наглой Богине, которая украла у меня моего брата.

– Вы бы лучше со своей проблемой разобрались для начала, а то ведь времени у вас немного осталось, – сказала я, скрещивая взгляд с Нори.

– О чем ты, Лиса? – не понял брат.

Надо же, сколько волнения в голосе.