Венок из роз

Когда они спали на палубе (больше спать было негде) приходилось ложиться рядом и, озябнув, во сне Роуз прижималась к принцу Айдагану. Принц больше не пытался предъявить права на Роуз, но она ничего ему не забыла.

Она с каким-то злым удовлетворением отмечала, что солнце и вода выжигают из него «прекрасного принца», и он становится самим собой. Бледная кожа на его лице обветрела и погрубела, ветер развевал по-прежнему длинные, но слипшиеся от морской воды и грязи, потускневшие волосы. Теперь вместо серебра они светились серостью.

Думать о том, во что невзгоды превратили её внешность, Роуз не хотелось.

На третьи утро после шторма один из матросов начал громко вопить про морского чудовище в воде. Айдаган подошёл к борту, какое-то время, прищурившись, вглядывался в волны, а потом, вздохнув, покачал головой:

– Увы, но нет.

– Увы?.. – переспросила Роуз.

– Любое чудовище можно сделать добычей.

– Чем бы мы стали убивать чудовище? У нас ни весла, ни гарпуна, ни крюка.

– Это жалкие обломки другого судна. Думаю, это те самые каравеллы, что мы видели незадолго до шторма.

Роуз смотрела на останки киля перевёрнутого неизвестного корабля с грустью и страхом. Как долго им самим удастся держаться на плаву? Вокруг только водная гладь.

Корабль качало. Разболтанный корпус жалобно скрипел. Вечерело. Баюкаемая шёпотом волн и лёгкой качкой, Роуз смотрела, как на небе загораются первые звёзды. Во тьме ей представлялось лицо Вольфа – красивое, с чёрными бровями вразлёт и сверкающими глазами в длинных ресницах.

Если он жив, то думает ли он ней? Пытается отыскать? Или легко смирился с потерей невесты, которую знал так недолго? Мужская страсть горяча, но недолговечна. Чтобы пламя мужской любви не гасло, женщина должна быть рядом.

Некстати пришли на ум насмешливые слова Айдагана: «Ты знала его меньше месяца. Можно ли по-настоящему узнать и полюбить человека за месяц? Нет, леди Вестерлинг, вы любите не Вольфа Бэйра, а свою мечту о нём».

Эта мечта могла стать реальностью, но вместо свадьбы её забросило в бескрайний океан. В обществе принца, которого бы она ненавидела.

– Светлая Матерь! Пречистая Богиня! – разорвал тишину дикий крик, вырывая Роуз из полудрёмы.