Венок из роз

– Будьте здоровы, – с издевательской вежливостью протянул белобрысый демон. – Я сегодня во второй раз спас вашу молодую, прекрасную жизнь. Но что-то мне подсказывает, что на благодарность глупо рассчитывать?

– Вы издеваетесь?

О! Ели бы только взгляды могли убивать! Он бы уже лежал перед Роуз мёртвый!

– Я удивляюсь. Оставил вас запертой, едва ли не на цепи, а нахожу принимающей морские ванны. Как вы выбрались? А главное – зачем? Тильдо! – вдруг резко изменив тон с насмешливо-мягкого на холодный и резкий, произнёс этот ненормальный.

– Да, мой каспадин! Тильдо уже грести! Грести изо всех сил!

Через четверть часа принц Айдаган грубо втащил Роуз обратно на корабль. Вместо того, чтобы отвести в то милое «гнёздышко» из которого она выпорхнула, он приволок девушку к себе в каюту. Под свои личные нужны негодяй отвёл почти всю кормовую часть корабля. Его каюта была непропорциональной, но просторной. Особенно, если сравнивать её с тем закутком, где обитала Роуз.

Неторопливо сменив одежду, принц вальяжно устроился в глубоком кресле.

Роуз, измученная, едва живая, устало скорчилась на ковре. Пряди её чёрных, роскошных волос сейчас походили на мокрые водоросли и липли к лицу, шее, обнажённым плечам. Она наглоталась морской воды. Всё её тело сотрясала мелкая дрожь.

Принц протянул ей серебряную фляжку:

– Пейте.

Роуз послушно взяла фляжку, подозрительно поведя носом. Пахло спиртным.

– Вам нужно согреться.

Она демонстративно перевернула фляжку и вылила её содержимое. Прямо на пол.

В глазах принца зажегся мрачный, злой огонёк, но, вопреки ожиданиям Роуз, на этот раз он не стал её бить. Видимо, было лень вставать из кресел.

– Не удивлён. Разум и женщины редко совместимые понятия. Любопытство ради, чего вы хотите всем этим достичь?

– Свободы, – прохрипела Роуз полушёпотом непослушными губами. – Если вы не даёте мне умереть по собственной воле, рано или поздно, выйдите из себя и прикончите меня.

– Вы так думаете?

– Это избавит меня от необходимости терпеть вашу лисью физиономию и ненавистные прикосновения.

– Дерзкая. Непокорная. Полуживая, – проговорил он, лениво растягивая слова. – Что же мне делать с вами? Не в моих принципах сносить оскорбления безнаказанно. Но, в то же время, вы выглядите столь жалко, что вызываете жалость даже у меня.

Роуз фыркнула.

– Мне кажется, вы плохо представляете себе те чувства, что обычно люди выражают словом «жалость».